Я же, пока букмекеры активно принимали ставки, решил вывести северянина из себя.

— Зиги, ты ведешь себя некультурно.

— Закрой рот, падаль, — тут же ощерился северянин, едва сдерживаясь, чтобы не напасть на меня.

— Вот, — покивал я, — видишь, какой ты несдержанный. — Вы в гости пришли, волчары позорные, а ведете себя будто тут Север.

— Ещё немного и… Я вырву твое сердце! — судя по эмоциям, Зигфрид явно хотел сказать другое, но сдержался.

Я же, нащупав, как мне показалось, слабину, принялся туда давить.

— Вот ты взял и как северный варвар нагрубил уважаемому… — я вопросительно вскинул брови, устремив взгляд на татуированного здоровяка.

— Малоед, — польщенно буркнул здоровяк.

— Уважаемому Малоеду, — я благодарно кивнул заключенному. — Но ты здесь гость, а он хозяин. Вы, поди, даже обществу не представились?

— Завали пасть, — прорычал Зигфрид, нервничая всё больше.

— Ну чего ещё можно ожидать от глупого необразованного северного пса?

Я намеренно провоцировал северянина, надеясь, что он сорвется и выложит… ну не знаю, какой-нибудь злобный план по, хе-хе, завоеванию острога!

Но северянин оказался умнее и лишь раздраженно рявкнул.

— Долго ещё ждать?!

Стоящие вокруг нас зэки дружно засмеялись вместе со мной, а Малоед, добрая душа, снизошел до ответа.

— Как в круг зашел, так бой и идёт, Снежок! Малыш тебе уже вторую минуту голову дурит, ахахах!

Нет ну а что?

Я гадко усмехнулся побагровевшему от злости северянину и встал в боксерскую стойку.

Репутация — дело тонкое. Нарабатывается годами, теряется из-за одного неверного поступка.

Мне же, в текущих реалиях, нужна каждая репутационная крошка.

Мало мне испорченных отношений с ворами, с перевертышами и Вояками…

К тому же, разговор я затеял не просто так, а чтобы навести мосты к Малоеду. Очень уж меня заинтересовали его татуировки.

Зуб даю, ему их делал тот самый Ворон!

Все эти мысли пронеслись в голове за считанные мгновения, а тело уже двигалось навстречу Зигфриду.

Ну и имечко…

От захвата северянина я увернулся и тут же пробил ему в скулу.

Кулак врезался будто в каменную стену, а в голове будто калькулятор заработал.

Усиление тела третьего ранга! Этого так просто не пробьешь!

Отпрянув назад, от очередной попытки захвата, я встряхнул руки, выпуская наружу цепи. Неуловимое взгляду движение кистей и на моих кулаках красуются два стальных шара.

Ну или кастета.

Хэч-хэч-ха!

Дело тут же пошло, и северянин, пропустив пару серьезных ударов, сменил тактику.

Теперь он начал заходить слева, вынуждая меня смешаться по кругу.

Я хоть и контратаковал, но как-то само собой получалось, что я медленно, но верно, приближаюсь к застывшим в первом ряду северянам.

Чуйка Воина орала вовсю, да и см я понимал, что поворачиваться спиной к любому из этой троицы смерти подобно, поэтому, плюнув на защиту, пошел в нападение.

Хэч-хэч-ха!

Хэч-хэч-ха!

Мои руки летали как перышки, а каждый удар заставлял Зигфрида болезненно морщиться.

Он был силен. Прирожденный Воин, силач и парень явно не из робкого десятка, но против дядиной техники у него не было ни единого шанса.

К тому же, с каждым новым ударом, у меня в голове будто бы распаковывалась память моих прадедов. А именно Фёдора Петровича, полевого хирурга пятого стрелкового корпуса.

Каждый удар не просто наносил урон, а сбивал концентрацию, вызывал нервный спазм, нарушал кровоток.

Я бил безостановочно, превратившись в бездушную машину.