– Устраивайтесь, где вам будет удобнее, – гостеприимно произнесла она, хотя тон ее при этом отдавал холодностью. – Садитесь и начинайте говорить.

– Да как будто я уже и так все сказал, – в голосе его слегка чувствовалась рассеянность. Лукас и вправду не очень то намеревался продолжать беседу. Все его внимание было сейчас сосредоточено на интерьере комнаты. Его проницательный взор цепко скользил по мебели, по безделушкам, придающим квартире больше уюта; ни мягкий ковер, ни занавески на окнах – ничто не ускользало от его внимания. – А у вас очень даже симпатично, – произнес он, останавливаясь взглядом на Фриско. – И что же, позвольте узнать, все это вы сделали сами или дизайнер поработал?

– Нет, все сама, – и она застенчиво улыбнулась. – Конечно, вышивку на занавесках я не делала, да и драпировка покупная, но… – она скромно пожала плечами. – Что до всего прочего, то никто мне не помогал. Выбирала сама каждую мелочь. – Пока она проговаривала все это вслух, в голове ее зрела недоуменная мысль. Зачем она так подробно обо всем рассказывает? Какое все это может иметь отношение к тому вопросу, ради обсуждения которого они приехали к ней домой? Со свойственной ей прямотой Фриско задала вопрос: – Не знаю, правда, имеет ли это отношение к нашему делу?

– А почему бы и нет? – лаконично и несколько более сухо, чем обычно, сказал Маканна. – Все зависит от вашего ответа.

Опять он за свое…

– Какого еще ответа?

– На мое предложение, понятное дело.

Фриско была взбешена и порядком напугана. Его позиция была явно сильнее.

А впрочем, так ли это в действительности? – вдруг подумала она. Сейчас ей в голову пришла одна весьма неожиданная мысль, и Фриско даже обалдела на мгновение. Конечно, все это может быть сущей глупостью, как знать, но что если…

– Стало быть, если я правильно понимаю, вопрос стоит только так: согласна я или нет? – переспросила она и несколько секунд прокручивала только что пришедшую в голову мысль.

– Именно так, – ответил он. Голос его был уверенным, а решение, судя по всему, окончательным.

– Понятно, – вполголоса произнесла она, собираясь с духом, – хотя мне почему то казалось, что вы из тех, кого называют старомодными консерваторами. – Она улыбнулась, и ей удалось сделать свою улыбку отменной, первосортной, в четверть сотни каратов, ослепительной и неотразимой. – Странно все это, очень странно, – она приподняла брови… – Вы меня загоняете в угол, точнее говоря, уже почти что загнали, и я теперь имею некоторое представление о том, как в самом общем виде выглядит ваша тактика, призванная добиться временного согласия со стороны женщины. А вот я вдруг подумала: интересно, как бы вы вели себя, если бы намеревались установить более прочные отношения с какой либо дамой?

– Как бы я относился к возможной своей невесте? Вы это имеете в виду?

– Именно, – сказала она, в очередной раз подумав о том, что если Лукас Маканна хочет, он существо всякого вопроса схватывает буквально на лету. – Невеста как антипод сожительницы, как раз именно это я и имела в виду.

Лукас прищурился.

– А вы что же, замуж хотите?

– Да, – твердо заявила она, стараясь вовсе не обращать внимание на опускание желудка, как случается в полете, когда самолет попадает в воздушную яму. – Видите ли, мистер Маканна, дело в том, что я не полная идиотка в вопросах бизнеса. И потому прекрасно понимаю, что если в конечном итоге вам так или иначе удастся установить свой контроль над подавляющей частью акций компании, если вы сумеете взять под свой контроль большинство членов правления, то в этом случае именно вы будете заказывать музыку. – Она сделала небольшую паузу, чтобы перевести дыхание, и как раз тут заговорил Лукас.