– Но представьте, например, что пройдет какое то время, и я встречу человека… Ведь тогда я захочу снова стать свободной, чтобы быть с ним, так ведь?

Некоторое время Маканна обдумывал, что ей ответить.

– Вы имеете в виду какого нибудь конкретного человека? – спросил он наконец, и в голосе его зазвенела сталь, так что у Фриско даже мурашки побежали по спине.

– Нет, – она замотала головой. – Я ведь вам уже говорила, что у меня нет никого. Но представьте, что мне доведется встретить какого нибудь мужчину…

– Вот тогда мы все и обсудим.

Фриско была в смятении: ей хотелось еще затянуть разговор, но она решительно не знала, о чем еще можно поговорить с Лукасом, какую придумать тему. Наконец в ее лихорадочном мозгу прорезался следующий вопрос:

– Ну хорошо, а вот давайте представим, что через определенное время вы влюбитесь в какую нибудь женщину и захотите быть свободным?

Он сухо улыбнулся.

– В этом году я разменяю пятый десяток, Фриско Бэй. И коли уж до сих пор любовный клоп не мог укусить меня, нет никаких оснований полагать, что насекомое подберет ко мне отмычку в обозримом будущем или вообще когда бы то ни было.

– Но ведь вы сами не можете быть уверены!

– Не могу, – согласился он и кивнул в подтверждение собственных слов. – Я должен признаться, что причисляю себя к одержимым людям. Я поставил перед собой вполне определенные цели и некоторые сумел воплотить. Но это вовсе не означает, будто бы мне более не к чему стремиться. У меня совершенно нет времени на ухаживания, любовные переживания и прочее в том же роде. Именно поэтому я предпочитаю сейчас играть в открытую.

– И одной из таких вот открытых игр будет попытка прибрать к своим рукам отцовскую компанию, – сказала она голосом, в котором явно чувствовалась усталость.

– Да, – ни секунды не раздумывая, ответил он.

– И для реализации этого плана вам необходима я.

– Да, – согласился он и взял в руки ее ладонь. – И еще вы мне нужны, чтобы я не чувствовал себя в постели одиноко по завершении своих игр.

– Вы грубиян, Маканна, и это еще мягко сказано.

– Всего лишь откровенен, Фриско Бэй. – Улыбка его исчезла, лицо приобрело строгое и даже суровое выражение. – Знайте, что если я даю слово – оно неколебимо. Мое слово можно отнести в банк в качестве обеспечения. И вот я даю вам слово, что если мы поженимся, у вас не будет никаких причин сомневаться в моей супружеской верности. Я привык сдерживать обещания.

Фриско не могла пошевельнуться, столь сильным было впечатление от искренних слов Лукаса, от его низкого голоса.

– Я обязуюсь защищать вас, заботиться о вас, быть с вами всегда, в горе и радости, – продолжал он. – А кроме того, я буду поддерживать вас во всех ваших начинаниях. В свою очередь, я ожидаю от вас как минимум полнейшей преданности. – Он вздохнул и переплел свои пальцы с пальцами ее руки. – Ну и после всего сказанного можете вы ответить, согласны ли вы пойти за меня замуж, Фриско Бэй Стайер? – Он улыбнулся. – Или же вы намерены просто жить со мной и быть моим партнером?

Что она могла ответить? Он буквально запугал ее. Но он же и возбуждал ее, как ни один мужчина ранее. Однако сексуальная привлекательность мужчины, с ее точки зрения, не являлась достаточным основанием для того, чтобы связывать с ним свою жизнь.

Но есть ли у нее выбор? Увы, откровенно говоря, нет. Ведь если она не примет какой нибудь из двух предложенных вариантов, он запросто запустит механизм разрушения, и речь пойдет не только об уничтожении отца, но также и матери. И существует вероятность того, что отца засадят в тюрьму.