– Боже праведный… адвокат по уголовщине…

Лукас вздохнул, представив своего младшего брата. Роб внешне производил впечатление этакого беспечного красавчика, плейбоя и бездельника. Мало кто знал, что под этим фасадом кроется душа уверенного в себе, жесткого бизнесмена.

Лукас сразу же почувствовал, что здесь что то не так, ой, не так… Роб не из тех, кто нажирается и залезает в тачку с карманами, набитыми марихуаной.

Или же именно из тех?

Проклятый мир, в котором люди так до конца и не могут узнать друг друга.

До какого то времени Маканна был уверен, что отлично знает обоих своих братьев. Пока они были пацанами, вместе росли, вместе играли, он и вправду знал их, как самого себя. Другое дело, что с тех пор прошло много времени, Майкл и Роб больше уже не те пацаны, какими были когда то. Они были мужчинами, каждому шел четвертый десяток, каждый был зрелым и независимым.

Во всяком случае, Лукас именно так думал о них. Хотя оба брата решили в конце концов работать в его компании и, стало быть, работали на Лукаса, сам он практически ничего не знал об их личной жизни, их настроениях.

Почувствовав вдруг, что едва ли он вообще знает что нибудь конкретное о своих братьях, Лукас нахмурился. Такого рода открытие было для него в новинку.

– Лукас? – нарушил его размышления голос Майкла.

– Ладно, я выезжаю, – сказал Лукас, разрешая сомнения в пользу немедленного действия. – Буду у вас, как только смогу.

Он положил трубку, руки, однако, не отрывая. Немного поколебался, звонить или не звонить в такой час Фриско. Бросил взгляд на циферблат установленных в спальне часов. Скоро рассветет. Поскольку ей надо рано вылетать, она или уже проснулась, или проснется в самое ближайшее время.

Впрочем, нет. Лукас отрицательно покачал головой и убрал руку с телефона. У него сейчас времени в обрез, и потому незачем ей объяснять, как и почему решил он изменить условия их партнерства. Вот вернется она с Гавайских островов, тогда и узнает. Время терпит.

Сейчас нужно успеть самое главное, решил он, направляясь к платяному шкафу, где у него стоял чемодан. С тех самых пор как Лукасу исполнилось восемнадцать лет, главной его заботой была забота о братьях.

Глава 17

– Вы можете себе представить? В середине апреля – и вдруг снег! – ворчливым тоном произнес таксист и показал рукой за окно машины, в которое летели снежинки. – Что за дьявольщина вселилась в весну, кто бы объяснил?

Вот именно, кто бы объяснил, подумала Фриско, испытывая удовольствие от того, что в кабине тихо и тепло, а также от мысли, что там, куда она направляется, никакого снега нет и быть не может.

– Да, такое трудно объяснить. – Ответила она и посмотрела за окно. По случаю воскресенья и раннего часа улицы оставались практически безлюдными.

– Куда нибудь уезжаете? – продолжал словоохотливый таксист. – Отдыхать или, может, по делам?

Фриско машинально подумала о том, что отдых – это ведь тоже весьма важное дело, которым не стоит пренебрегать. Вслух же этого не произнесла.

– Вообще то я в отпуске, – и она поймала взгляд таксиста в зеркале заднего вида. – Вот и решила отправиться на две недели на Гавайи, хочу немного погреться на тамошнем солнышке.

– Как я вам завидую, – с горестной улыбкой признался он и сожалеюще прищелкнул языком. – Вы уж там за меня полчасика позагорайте, ладно?

– Непременно. – Она заметила, что снегопад сделался обильнее, и слегка нахмурилась. – Лишь бы только вылеты не отменили.