Из-под стола вышла старенькая добрая лайка и, виляя пушистым хвостом, доброжелательно обнюхала гостей.

— Пёсик! — сказала Соня, присела перед собакой на корточки и погладила её. — Пёсичек!..

— Между прочим, очень умное животное, — сообщил Толя. — Клякса — барьер!

Он поставил перед собакой стул, она перемахнула через него.

— Сидеть!

— Лежать!

— Лапу!

— Умри!

Глядя влюблёнными глазами на Толю, Клякса охотно проделала всё, что ей было велено.

— Она только одного меня и слушается, — объяснил Толя.

— Дети, садитесь к столу, — пригласила Анна Петровна. — Сынуля, ты даже не замечаешь, что твои гости стоят.

— Мы, собственно, не гости, — преодолевая жёсткое смущение, и потому сурово сказал Вася Нилин. — Разве Митя не поставил тебя в курс? — спросил он у Кравцова.

— Что-то говорил, — небрежно ответил Толя. — Но я в точности не помню…

— Ты меня предупредил, — перебила его Анна Петровна, — что сегодня к тебе придут твои друзья и вы устроите какое-то очень важное совещание. — Она улыбнулась. — Даже дети играют в совещания!.. Но я в ваши дела не вмешиваюсь. Я только советую вам сначала попить чайку, а потом начинайте свою официальную часть.

И она вышла из столовой распорядиться по хозяйству.

— Ребята, даю слово, я его предупреждал про сбор! Предупреждал или нет? — угрожающе подступил к Кравцову Митя Сазонов.

— В общем, да.

— Есть у тебя для этого дела помещение? — спросил Вася, досадливо оглядывая накрытый стол. — Кажется, можно было побеспокоиться…

«Отец уже пришёл с завода, — подумал он, — сидит, бедняга, один за столом, борща как следует себе не нальёт…»

Вошла Анна Петровна с чайником. По лицам мальчиков она догадалась, что её сыном недовольны.

— У него гланды, — сказала она. — Он недавно перенёс тяжёлую ангину.

— Мама, перестань, — прошипел Толя, — Пойдёмте, ребята, ко мне в комнату. Я говорил, что они чаю пить не станут. Вечно ты со своим чаем.

В соседней комнате, проходя мимо велосипеда, стоявшего в углу, Толя нарочно зацепил звонок на руле — звонок был особый, переливчатого звука, — но машина не привлекла внимания гостей.

Было что-то в их поведении такое, что пугало Толю и заставляло насторожиться. Он сел вместе с ними за свой маленький письменный стол, но оказался на углу; хотел было пересесть на диван, однако не сделал этого, боясь окончательно отрезать себя от ребят и очутиться в одиночестве.

Тихо вошла Анна Петровна с вязанием в руках.

— Можно? — шутливо спросила она.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал Вася. — Мы всё равно хотели вас пригласить.

Он раскрыл тетрадь, принесённую с собой, сурово осмотрел товарищей и объявил:

— Сбор совета отряда шестого «В» класса считаю открытым. Петя, веди протокол.

— Ох, даже протокол! — улыбнулась Анна Петровна. — Совсем как у взрослых.

Сын умоляюще посмотрел на неё; она замолчала.

— На повестке дня у нас один вопрос, — продолжал Вася. — Слушаем персональное дело ученика нашего класса Толи Кравцова.

Вася отлично знал, что на пионерских сборах не говорят «персональное дело», но именно потому, что нынешний сбор происходил в необычной обстановке, председателю захотелось придать всему особенно деловую, суровую форму.