Глава 6

 В конце дня я мрачно вел "рейнджровер" к дому Полли в лесу. Меня мучило чувство, что я не оправдал ее надежды. И не только не извлек пользы из неповторимой возможности, но ухудшил положение еще в большей степени.

 К тому времени, когда Оринда и я снова пересекли скаковой круг (ее каблуки еще сильнее увязали в земле) и добрались до ложи распорядителей, герцог снова куда-то исчез. Оринда наблюдала за третьим заездом с балкона, на который вела дверь из комнаты для ленча. Спиной ко мне. Знак, запрещающий начать разговор.

 Лошадь, которая несла семь фунтов пенальти, выиграла заезд. Оринда на нее не ставила.

 Вернулся герцог и, увидев ее, весь превратился в улыбку. Оринда очаровательно поблагодарила его за гостеприимство и уехала. Ни отцу, ни Полли, ни мне она не сказала ни слова, полностью игнорируя наше существование. А я пережил еще три заезда. Как мне хотелось быть меньше ростом, быть богатым и в последнюю очередь гениальным. Без этих очевидных преимуществ мне ничего не светит. И я впал в мрачность, будто от утраты волшебной сказки.

 Когда Полли пригласила нас зайти в дом, отец тут же согласился.

 – Бодрее, – скомандовал он, заметив мое упорное нерасположение к разговору. – Никто каждый раз не побеждает. Скажи что-нибудь. Ты молчишь уже несколько часов.

 – Ладно... Оринда сказала, что Ушер Рудд хочет узнать, может быть, я твой кэтэмайт.

 Отец захлебнулся джином, который ему налила Полли.

 – Что такое кэтэмайт? – спросила Полли. Но отец знал.

 – Ушер Рудд старается доказать, что я не твой сын. Если у тебя есть свидетельство о браке, положи его в банковский сейф.

 – И твое свидетельство о рождении. Где оно?

 – С моими вещами у миссис Уэллс.

 Отец нахмурился. Мои вещи еще так и не прибыли. Он попросил у Полли разрешения воспользоваться телефоном и позвонил моей бывшей хозяйке комнаты.

 – Она все упаковала, – сообщим он, – но транспортная контора, в которой я заказал доставку, еще не забрала вещи. В понедельник я займусь этим.

 – Мой велосипед в конюшне.

 До него вроде бы дошло, какой погром он устроил в моих надеждах. Но я ясно видел, он по-прежнему ждет, что, столкнувшись с реальностью, я повзрослею.

 – Забудь о нем.

 – Да.

 – Джордж, мальчик изо всех сил старается для вас, – вмешалась Полли, посмотрев сначала на меня, потом на отца.

 Оставив Полли дома, я повел "рейнджровер" в Хупуэстерн. Постепенно я начал осваивать эту тяжелую большую машину. Потом высадил родителя у церкви (следуя указаниям Мервина), где ему предстояло встретиться и поблагодарить маленькую армию активистов, работавших ради партии на него по всем разбросанным населенным пунктам избирательного округа. Активисты привели свои семьи и соседей, принесли чай, пиво, вино и печенье. Угощение должно было поддержать их энтузиазм и хорошее настроение отца, наполнявшего собравшихся энергией на следующие три недели.

 – Мой сын.