– Да, драгоценная. Но я имел в виду того, с кем он разговаривает.

 Того, кто выглядит по-президентски и подходит для высшего офиса. Это Хэдсон Херст.

 – Конечно, нет, покачала головой Полли. – У Хэдсона Херста жирные черные волосы висят, как хвост у пони, и дурацкие маленькие черные усы, которые вместе с бородой обрамляют рот и отвлекают от того, что человек говорит.

 – Уже нет. – Отец улыбнулся, но невесело. – Должно быть, кто-то убедил Хэдсона Херста, что фигурная стрижка в политике табу. Он постриг волосы и сбрил бороду. И сейчас ты видишь незамаскированные, вечно недовольные губы министра обороны. Боже, помоги нам всем.

 Пять минут спустя отец положил вроде бы дружескую руку на плечо министра обороны и сказал:

 – Дорогой Хэд, вы знакомы с моей женой и сыном?

 Любовь врагов твоих... Я ненавидел политиков.

 Влажная холодная рука чуть коснулась моей. По-моему, с этим он ничего не мог поделать. И если у него был жирный черный хвост пони и комбинация из черных усов и бороды, окружавшая рот, то очень похоже, что тогда он красил волосы. Теперь волосы были темные с легким налетом седины. Когда-то мимолетно знакомая девушка-подружка говорила мне, что такой цвет нельзя подделать. Сзади он стриг волосы треугольником стрелы книзу, наподобие утиного хвоста. Прямо из фильмов о Джеймсе Бонде. Полон достоинства. Впечатляющий, надо признать. Вызывающий доверие.

 Стрижка отца, его от природы темных густых кудрей, подчеркивала красивую форму черепа. Рука мастера. Ах, ну ладно. Хэдсон Херст любезно раскланялся с Полли. Улыбайся и улыбайся, подумал я, вспомнив Хупуэстерн. Улыбайся и улыбайся, и пожимай руки, и завоевывай голоса. Он удостоил меня взглядом, но я не представлял для него интереса.

 Возле моего локтя возникла ласковая миссис Премьер-министр и спросила, хорошо ли я провожу время.

 – О, да. Великолепно. Благодарю вас.

 – У вас немного потерянный вид. Пойдемте со мной. – Она пробела меня в дальний конец большой комнаты и остановилась возле контрастно одетой женщины, которая очень напоминала Оринду. – Джилл, дорогая, это сын Джорджа Джулиарда. Присмотри за ним.

 Джилл критически осмотрела меня с головы до ног и без энтузиазма уставилась вслед удалявшейся миссис Премьер-министр.

 – Мне очень жаль, – проговорил я, – но я не знаю вашего имени. Виничек. Образование.

 – Министр?

 – Конечно. – Решительные губы скривились, но не в улыбку.

 К ней подошла другая женщина в очень простом платье, но по последнему слову моды. Еще одна клонированная Оринда. Министр социальной безопасности.

 – Где ваша мать берет свои платья? – без экивоков спросила она.

 Я проследил за ее взглядом и в другом конце комнаты увидел Полли, в своей естественной манере разговаривавшую с мужчиной с редкими седыми волосами и круглыми глазами. С министром внутренних дел. Платье Полли, как всегда, не имело ничего общего с распространенным мнением о моде, но раскрывало ее индивидуальность.

 – Перед вашим отцом может открыться блестящая карьера, – доброжелательно сказала Джилл Виничек, – но ваша мать должна изменить манеру одеваться, если она не хочет попасть в когти ведьм, которые пишут в газетах о моде.

 – Каждая женщина в политике становится объектом ненависти, – согласилась министр социальной безопасности. – Вы не замечали?

 – Ох, нет. Правда нет.

 – Юбка у вашей матери неправильной длины. Вы не против, что я вам это говорю? Я только хочу помочь. Откровенно признаться, любая длина выглядела бы неправильной в глазах этих ведьм от моды.