И, конечно, ради нее, Джейн, тоже.

Но, странное дело, она не думала об этом, и совершенно не эта мысль делала ее такой сильной. В настоящий момент ее блестящее будущее в материальном мире занимало ничтожное место в книге ее жизни. Главное – Джули Беннет должна быть остановлена.

Она возвышалась над Питом Ривкином, мощь ее целеустремленности омывала его, как волны каменистый берег. Он был во власти ее решимости и насквозь пронизан силой ее желания. Джейн физически ощущала могучие перемены, происшедшие в ней. Сейчас ей под силу сдвинуть горы, и это ощущение было замечательным. Если прежде она довольствовалась ролью пассажира, дрейфующего по потоку жизни, то теперь все обстояло иначе. Она стала судьей собственной Судьбы и никогда впредь не позволит кому бы то ни было контролировать свою жизнь. Всей ядерной мощью своей невероятно могучей личности она сокрушит любое препятствие, которое окажется на пути.

– Что ж, это может сработать, – проговорил он, позволяя первым признакам улыбки оживить уголки своих губ.

Джейн почувствовала, как дикая радость просыпается в сердце.

– Ты сможешь, Пит. Устрой ей фейерверк. Только не выходи из себя. Используй свою злость.

Да, в этом-то все и дело. Гнев, грамотно сочетаемый с силой, поможет преодолеть сопротивление противника. Этим сочетанием он пользовался на протяжении многих лет, добиваясь убийственного эффекта.

Двигатель его морального возмущения уже начал набирать обороты. Эта жирная писака с грязными замашками шантажистки собиралась торпедировать созданную им звезду и его сериал. Невозможно включить телевизор, чтобы не наткнуться на слащавые сюжеты. Невозможно вести борьбу на суперрынке без риска оказаться погребенным под грудой ее бездыханных книг. На каждом интервью, виденном им, она твердила одно и то же, словно никогда не слышала о дохлых лошадях; ее медный, надсадный голос действовал на барабанные перепонки, подобно грохоту отбойного молотка. Что ж – кошатница встретила свою Немезиду, своего укротителя львиц.

Пит Ривкин снял трубку телефона. Пока он говорил, глаза его не отрывались от Джейн.

– Соедините меня с Джули Беннет в Палм-Спрингс.

В ее голосе звучала удовлетворенность от того, что он позвонил ей:

– Мистер Ривкин, рада, что вы позвонили. Вы получили мою маленькую посылку? Похоже, вы намерены начать просмотр актрис на роли в ваших новых сериалах, не так ли?

Голос Пита Ривкина звучал надтреснуто:

– Слушай, ты, взбесившаяся крыса, и слушай хорошенько. Повторять я не намерен. Я порвал все эти картинки и забыл о них. Отныне, если ты предпримешь что-нибудь, что напомнит мне об их существовании когда-либо, хоть однажды, знаешь, что я сделаю? Я созову пресс-конференцию и сообщу всем желающим о том, какую роль ты сыграла в этом грязном деле. Каждую неделю в течение месяца в «Издательском еженедельнике» я буду помещать объявление, разоблачающее тебя; другое – в книжном разделе «Нью-Йорк таймс», каждому издателю Америки я направлю копию письма, присланного тобой вместе с фотографиями. И запомни следующее: может быть, это дойдет до выгребной ямы, которую ты именуешь своим разумом, что я пользуюсь некоторым влиянием в телебизнесе. Я обещаю лично позвонить в каждую компанию, чтобы в каждой программе узнали подробности о твоих кознях. К тому моменту, когда я покончу с тобой, на тебя будет такой же спрос, как на использованный презерватив на курортах Майами-Бич, даже эскимосы не купят и копии дерьма, выходящего из-под твоего пера.