Рейчел судорожно сглотнула и огляделась.

Никто не заглядывал к ней с того момента, как ее сюда привезли. Команда локомотива громко обсуждала возможности доплаты с учетом большой загруженности, которую принесла эта зима.

Рейчел не собиралась выходить в эту единственную дверь.

В самой комнате не оказалось никакой мебели – только несколько ящиков с инструментами. Одно из приспособлений напоминало гаечный ключ. Она смогла поднять его только обеими руками. Боже правый, похоже, он был предназначен для того, чтобы поворачивать какие-то тугие клапаны на горнодобывающем оборудовании.

Рейчел вынуждена была привалиться к стене, чтобы махнуть им. Этим приспособлением можно выбить окно и вылезти на крышу. Но сначала она вырежет на стекле крест траурной бриллиантовой брошью, чтобы не очень шуметь.

Из двух слуховых окон был видно, что приближается буран: сильный ветер нес сосновые иглы и шишки. Временами стекло заволакивало белой пеленой. Но снегопад еще не начался. В горах погода может оказаться еще хуже.

С этой стороны она слышала только слабый гул непрекращающейся работы мощных машин. Может, это толчея?

Рейчел придвинулась к окну и стала обдумывать свои возможности. Она находилась на высоте трех этажей, а крыша только на первом этаже, над крыльцом. Однако снег собрался большим сугробом у деревянной стены здания. Его край был резко обрезан – почти превращен в стену – рядом с дверью фабрики. Прямо за ним зияло темное отверстие туннеля, из-за снега его невозможно было разглядеть.

Если она войдет в туннель, то не будет знать, куда он ведет – к друзьям или врагам. В любом случае она не будет этого знать, каким бы путем ни пошла. Но в туннеле она хотя бы сможет укрыться от стихии. Можно попытаться выйти через дверь и поискать какой-нибудь другой выход. Удастся ли ей открыть дверь гаечным ключом? Рейчел постучала по двери.

Она оказалась слишком массивной. Может, открутить петли, как это делал плотник в Англези-Холле, когда ремонтировал двери.

Нет, надо выпрыгнуть в окно, съехать по крыше, пройти по туннелю и молиться.

Настало время отстегнуть брошь и процарапать стекло, повторяя одну из детских шалостей Элиаса. Рейчел ударила гаечным ключом по стеклу. Оно мгновенно раскололось огромной звездой, и осколки посыпались наружу, где ветер закрутил их, словно заблудшие души. Рейчел провела гаечным ключом по раме, чтобы сровнять острые края.

Ветер швырнул ей в лицо комья снега. Она по-ребячьи показала ему язык и подтащила к окну один из ящиков. Чего бы это ей ни стоило, она сбежит и вернется к Лукасу. А в один прекрасный день встретится с матушкой и Мерси.

Передвигая ящик, она обнаружила в нем огнестрельное оружие, винтовки и дробовики, а также амуницию.

Рейчел опустилась на корточки. Мысль ее лихорадочно работала.

Стрелять она научилась много лет назад, главным образом для того, чтобы отгонять хищников от курятника, когда старик Дэвис посещал свой загородный дом. Он приезжал налегке, так что каждому слуге приходилось работать за двоих, а то и за троих. Элиас забавлялся тем, что заставлял Рейчел тренироваться в стрельбе, однако похвастаться своими успехами она не могла.

Сможет ли она убить человека?

Мейтленд хладнокровно убил Питера и Пола Хокинс. В этих глухих местах ей, возможно, придется защищаться.

Рейчел сорвала крышки с двух упаковок.

Оружие было готово к мгновенному применению, без толстого слоя смазки, необходимого для длительного хранения. К ее радости, там оказался дробовик Гринера – лучший из лучших. С этой моделью она была хорошо знакома.

Забросив дробовик себе за спину, Рейчел подобрала юбки и забралась на придвинутый к окну ящик. Хорошо, что на ней было простое прогулочное платье, без всяких оборок.

Рейчел вылезла в окно, встала, держась за оконную раму.

Она тяжело упала на крышу и скользнула вниз, снова упала прямо в сугроб и, как могла быстро, выбралась из него.