— Это что, они и в нас могут залезть? — обеспокоился Джок.

— Нет, конечно. У нас, у людей, есть душа, в нас нечего делать убогим ползучим сущностям.

— Ясно, — сказал Длинный Лук. — Тогда позволь спросить, Истер…

— Почему я так стремилась сюда, к руднику? Я должна знать свои возможности в Закатном мире. Клахар согласился на наши условия, он мечтает вернуться на землю и готов сделать это любой ценой. Но ты видишь, все не так просто. Мы с тобой должны немало поработать, чтобы привести орков на землю. Доспехи Рота смертоносны в любом мире, поэтому я не сомневаюсь, что мы победим штурканов даже меньшим числом. Но я должна испытать себя. А делать это на глазах Клахара мне не хотелось.

— Чтобы он не знал, если у тебя что-то не получится?

— Ты прав, милый. И вот я сижу здесь и чувствую, что от меня мало толку. Это мертвый мир…

— Ты сказала: магия людей. А бывает и другая? — спросил Джок.

— У каждого народа магия своя. В древности очень сильна была магия эльфов. Но и она была бы здесь бессильна. Эльфийская магия связана с движением мира, а где здесь движение? Да я и не владею ею. Пока что — пока сокровища Драконовой горы не стали моими… Но не стоит говорить о них в столь неподходящем месте. Собственно, о них вообще не стоит лишний раз говорить.

— Понятно, — кивнул Джок и, помявшись, осторожно спросил: — А… твой повелитель?

— Про кого это ты говоришь?

— Все знают, что ведьмы — дочери дьявола, покровителя всякой нечисти. Разве его власть не поможет здесь?

Истер звонко рассмеялась:

— О Джок, радость моя! Неужели ты считал меня прислужницей сатаны? Выбрось из головы эти бредни. Вообще-то я собралась жить вечно, так что у моей души никогда не будет повелителя. А если тот, о ком ты говоришь, когда-нибудь потребует ее, я скажу ему: разве я когда-нибудь просила об этом даре? Разве я что-нибудь обещала взамен? Нет и еще раз нет. У него нет прав на мою душу, а значит, нет интереса помогать мне.

— Ну тогда я не скажу, будто мне жаль, — усмехнулся Джок Длинный Лук.

— Меня это тоже вполне устраивает. Старая Кора всегда говорила: не связывайся ни с Богом, ни с дьяволом, и все твое останется при тебе. Кора хоть и выжила из ума, но порой давала дельные советы.

— Значит, шаманство орков — тоже что-то особенное?

— Да, но о нем я знаю, наверное, еще меньше, — вздохнула юная ведьма. — Клахар говорил, что мысль орков — это всегда поиск соответствия своей сущности. Их магия должна строиться на том же. Кора учила меня заклинаниям орков, но не тому, как ими пользоваться… Это должна быть какая-то беседа с сущностями мира… В нашем отряде есть несколько шаманов, но они не могут обнаружить врагов, должно быть, потому, что их шаманы уже опередили нас. Если я права, то мертвые штервы не хотят выдавать штурканов. Им нет дела до исхода битвы. Сущности — голые искорки жизни, без мыслей, без чувств.