— Он задерживается? А что случилось?

Торговец маслом ушел; он решил обойти пока другие учреждения, а к ним зайти попозже. Ахмед выбежал из комнаты, посмотрел направо и налево. Коридор был пуст.

— Никого не видно, — сказал он, вернувшись в комнату. — Где он задержался? Старик совсем рехнулся!

Прошло более трех часов — дядюшка Ибрахим не появлялся. Всех охватило неясное беспокойство. Ахмед вновь встал и громко заявил, что пойдет в кассу поискать Ибрахима. Возвратился он с перекошенным от злости лицом.

— Он взял ведомость два часа назад! Куда мог деваться этот идиот?

— А свое жалованье он получил? — поинтересовался Лютфи.

— Конечно! — сердито буркнул Ахмед.

— Быть может, он зашел в магазин?

— Как?! Не отдав нам деньги?!

— Почему бы и нет? Он каждый день выкидывает что-нибудь новенькое…

Все негодовали, директор нахмурился.

— А вдруг его обокрали по дороге! — неудачно пошутил Мустафа.

В ответ послышались вялые смешки, более похожие на скрытые вздохи.

— Должно быть, с ним что-нибудь случилось! — произнес Лютфи.

— Вероятно, попал не в ту кассу! — зло заметил Ахмед.

Директор постучал по столу своей паркеровской ручкой, не столько призывая подчиненных к сдержанности, сколько пытаясь скрыть свое волнение.

— А что может случиться с нашими деньгами? — не унимался Гунди.

— Если их уведут?

Никто не рассмеялся.

— При несчастном случае… — уточнил Гунди.

— В давке-то того и гляди украсть могли.

— Чтоб тебе лопнуть, осел!

— Могут оставить в полицейском участке до выяснения истины…

Время тянулось томительно долго. Ахмед вновь отправился на поиски дядюшки Ибрахима, но вскоре вернулся с унылым лицом.

Директор размышлял. Может, и правда что случилось? Нет, нет. Сейчас этот безумный появится в дверях. И на него обрушится поток ругательств, а он будет стоять и бормотать в ответ всякую чепуху. А все же, если… Что тогда делать? У Лютфи — богатая жена, а Самир — известный взяточник, но есть ведь и другие. Ахмед, например. Что будет с ним?

Вернулся торговец маслом. Он и рта не успел раскрыть, как директор набросился на него:

— Подождите! День Страшного суда еще не настал. В конце концов, мы ведь в государственном учреждении, а не на базаре!

Торговец в замешательстве попятился назад. А в комнату, узнав о случившемся, один за другим стали входить служащие из соседнего управления, и, конечно, с расспросами. Кто-то из них пытался пошутить, но шутку встретили угрюмым молчанием. Волнение охватило всех, никто не мог работать.

— Нет, я чувствую, что дело серьезное! Мы пропали… — заохал Ахмед. — Попытаюсь что-нибудь узнать у швейцара из министерства, — и стремительно выбежал из комнаты.

Вернулся он с криком:

— Швейцар уверяет, что видел его в девять утра, — тот выходил из дверей министерства! Да это хуже, чем катастрофа! — продолжал он внезапно осипшим голосом. — Неужели он способен погубить свою жизнь за какие-то там сто пятьдесят или двести фунтов?! Несчастный случай? А как мы протянем этот месяц?! О господи!..

Лютфи казалось, что время от времени взгляды сотрудников обращаются на него.