Когда вернулись на лавку, Стас шутливо заявил:

— Эх! Жалко Тимощуку его «браговарню» закрыли! А то обмыли бы!

— И шампанское кончилось, — рассматривая и полируя манжетой свою медаль, добавил Алим.

— Какое шампанское? — Алейников удивленно поднял брови.

— Как какое? Детское.

— Тьфу ты! Алимка! Голова садовая!

— Селихов Александр Степанович! — Позвал, наконец, Давыдов.

— Ну давай, Сашка! — Хлопнул меня по спине Алейников, — иди получай свое «за отличие»!

— Такая у него уже есть, — буркнул Алим.

— Ниче! Еще дадут!

Я аккуратно прошел вдоль лавки. Выбравшись в свободное пространство, под аплодисменты направился вдоль стены к Давыдову. Подполковник едва заметно улыбнулся, когда я приблизился.

— Тебя-то я и ждал, Саша, — пожимая мне руку, добродушно сказал он.

— Меня? Почему же?

— Должок у меня перед тобой. Вернуть хочу.

— О чем вы?

Он и правда вручил мне медаль «За отличие в охране государственной границы» повторно.

— Это еще не все. Не торопись уходить, — с напутственной улыбкой произнес начальник отряда.

Потом потянулся за другой медалью, лежавшей чуть поодаль от всех. Когда взял награду и передал мне, я смог рассмотреть ее. Это был серебряный кругляшок на пятиугольной колодке, обтянутой серой шелковой лентой с двумя продольными синими полосками по краям.

Получив медаль от Давыдова, я смог прочесть на серебряном кружочке красные эмалированные слова «За отвагу».

Я поднял взгляд на подполковника.

— Все слышали, как ты жизнью рисковал, чтобы вытащить сержанта Нарыва из-под вражеского огня, — начал Давыдов, — Да и еще раз, несколько дней назад, товарищей спас от захвата нарушителями государственной границы. Заслужил ты ее, Саша. Носи с гордостью.

Я снова глянул на медаль. На ее лицевой стороне в верхней части были изображены три летящих самолёта И-16. Под самолётами помещена в две строки уже рассмотренная мной надпись «За отвагу». Под этой надписью изобразили стилизованный танк Т-35. В нижней части медали добавили украшенную красным надпись «СССР».

— А теперь про должок, — хитровато ухмыльнулся Давыдов и снова потянулся к полотнищу. Взял с него один из значков «Отличник погранвойск второй степени».

— Тебе его еще с первой медалью за отличие в охране госграницы хотели вручить, — сказал он. — Но не было. Только недавно привезли. Вот потому и был у меня перед тобой должок.

Он передал мне еще и значок. Тот представлял собой пятиконечную звезду с изображением пограничника и надписью «Отличник погранвойск». Надпись расположили в две строки вертикально, у обеих граней значка. Снизу на стилизованном щите значка красовалась цифра два.

— Спасибо, товарищ подполковник, — сказал я.

— Это тебе спасибо. За службу.

Давыдов снова протянул мне руку. Я пожал. Зал разразился новой волной аплодисментов.

— Много у нас в отряде славных ребят. Много таких, что я бы мог назвать героями, — сказал он, как-то погрустнев. — Некоторых — посмертно. Но хочу тебе признаться, Саша, таких парней, чтобы так быстро, как ты себя проявили, я за всю службу еще ни разу не встречал.

Подполковник сдержанно улыбнулся.

— Слушай, Саша, — Вдруг спросил он, — А ты никогда не думал свою жизнь связать с армией? Стать офицером? Если решишь пойти учиться, можешь рассчитывать на отличную характеристику. От меня лично.

— Если по-честному, — ответил я. — Я себя без армии и не мыслю.

По лицу Давыдова я заметил, что мой ответ ввел его в некоторое замешательство.