Последние солдаты скрылись из виду в другом конце площади, и, когда звуки гонга замерли в отдалении, рынок вернулся к своей обычной жизни. Молло отыскал Эллерота, и они возвратились в «Зеленую рощу», на прежнее свое место на скамье. До полудня оставалось меньше часа, и народу в таверне прибавилось, каковое обстоятельство, впрочем, как часто бывает, лишь поспособствовало уединенному разговору.

— Ну и как тебе показался наш царственный юноша? — спросил Эллерот.

— Честно говоря, я ожидал совсем другого, — ответил Молло. — По мне, так он нисколько не похож на правителя империи, ведущей войну.

— Это все потому, дорогой друг, что ты не понимаешь образа мыслей, господствующего на реке, где вечно шумит тростник. Там все вопросы решаются с помощью разных фокусов-покусов, бормотаний-лопотаний и даже, насколько мне известно, фиглей-миглей — в этих тонкостях трудно разобраться, ты ж понимаешь. Одни дикари вспарывают брюхо животным и видят знамения в дымящихся потрохах, ням-ням. Другие напряженно высматривают в небе птиц или грозовые предвестия. Черные облака, бог ты мой! Подобные методы можно назвать кроваво-драматическими. Ну а тельтеарнские ребята обзавелись медведем. В конечном счете это то же самое: избавляет людей от необходимости думать своим умом, а они и так не особо сильны по этой части, честное слово. Славные косолапые зверюги — а среди моих друзей много натуральных медведей, грубых и неуклюжих, — теперь становятся таким же предметом истолкования, как кишки, вывалившиеся из вспоротого брюха, или птицы в небесах, и непременно найдется какой-нибудь кудесник, который истолкует каждое движение косолапого. Этот Крендрик… ты верно заметил: он не может ни командовать армией, ни вершить правосудие. Он деревенщина — или, во всяком случае, человек низкого происхождения. Удивительный Невесть-Кто, сошедший к нам с радуги, — знакомая фигура, ей-ей! Его власть носит магический характер: он выступает в роли посредника, через которого в народ нисходит сила медведя — сила божья, как они свято верят.

— А чем конкретно он занимается?

— Хороший вопрос. Я рад, что ты его задал. Действительно — чем? Да всем, чем угодно, только не думает головой, уж в этом можно не сомневаться. Я понятия не имею, какие методы он использует, — возможно, медведь мочится на пол, а он прозревает знамения в дымящейся моче. Откуда мне знать? Но без какого-то магического кристалла дело явно не обходится. Про этого парня мне известно одно — и это похоже на правду: он обладает удивительной способностью ладить с медведем; по слухам, он даже прикасался к нему и спал с ним рядом, а зверь на него не нападал. Покуда он сохраняет такую способность, ортельгийцы будут верить в его силу, а следовательно, и в свою собственную. И это, дорогой Молло, объясняет, почему в целом у него вид человека, который оказался в дырявом челне посреди реки, прекрасно зная, что плавать-то он не умеет.

— Как это?

— Ну, рано или поздно медведь непременно проснется в скверном настроении, так ведь? Рык-рык. Бац-бац. Ай-ай-ай. Принимаются прошения о поступлении на интересную должность. Такова неизбежная участь любого короля-жреца. А что, все справедливо. Работать он не работает, воевать не воюет — должен же малый как-то заплатить за такую вольготную жизнь.

— Если он король — почему ходит по улицам пешком?

— Признаться, точно не знаю, но мне думается, Крендрику важно показать, что он отличается от других правителей. Обычно дикари считают и самого жреца наместником бога на земле. Время от времени они убивают одного-другого — так, на всякий случай, чтобы не расслаблялись. У нас здесь имеется божественный медведь, и покуда господин, которым мы минуту назад любовались, продолжает тесно с ним общаться, он служит наглядным доказательством, что посланник божий желает ему — а следовательно, и всему народу — только добра.