|
На день рождения к Рабрану были приглашены отнюдь не только его друзья – скорее, наоборот: близких друзей там было мало. Зато заявились лорд Эрлинг (уж кого-кого, а его никогда не звали на наши дружеские посиделки), Сивард айн Раткнор (Раб-ран положительно обладает нездоровой склонностью к экзотике), Цорр (кстати, внук Хийнма) и Сетр – приставленный к Фионе гонец. Заглянул и Моих – тот самый мастер, который сделал Фионе ключик от потайной двери и давно уже был у нас с Лимбитом на примете. Звали даже саму королеву – и это мне решительно не нравилось.
Похоже на заговорщиков, очень похоже. Щит короля – умно, ничего не скажешь. Лорд Эрлинг – как же без длинного эльфийского носа и не менее длинных эльфийских рук. Сивард айн Раткнор – после свержения или смерти Вьорка позиция Ольтании окажется крайне важной, как бы войны не было. Да и Сетр стал бы для них весьма ценным приобретением: знать, о чем переписываются король и королева, дело не последнее. Одно плохо – мы не очень представляли себе, что теперь с этим знанием делать. Отстранить Цорра – скандал, Хийнм этого не простит. А дальше терпеть его при Вьорке – рисковать жизнью короля. Выслать Эрлинга из Брайгена – ну, пришлют какого-нибудь Ойрида, чем лучше-то. Отправить восвояси Сиварда айн Раткнора – так ведь после смерти Шенни мы у Нельда и без того не в большом почете, опять же скандал выйдет. Оставались Моих и Сетр – Лимбит обещал ими заняться. И вот теперь рассказ деда. Можно вообразить, что творится в других кланах! Прозвонил пятый колокол, и мы отправились к Вьорку. Как и следовало ожидать, о маге и о письмах Труба слышал впервые. Однако мне показалось, что дурные новости нашего клана его почти не удивили. – Ну и что будем делать? – Сейчас дед выглядел особенно постаревшим. Он был далек от того, чтобы подозревать Вьорка в злом умысле – как-никак король вырос практически у него на руках, но… – Я рад, что ты здесь, – рассеянно заметил Труба. – Пока будем думать. А там… В зал быстрым шагом вошел Крадир – весь в пыли. И от него на дюжину саргов шибало лошадиным потом. – Оставьте нас одних. Ланкс и Цорр с удивлением выполнили распоряжение короля. Я тоже поднялся, но Вьорк жестом велел мне не торопиться. – Что скажешь? – Все, как ты ожидал. – Опустившись в кресло, Крадир налил себе полную кружку эля, залпом осушил ее и вновь потянулся к кувшину. Вьорк едва заметно поморщился, и кувшин тут же был отставлен в сторону. Только сейчас Крадир заметил деда. – Я рад, что ты здесь! Мы чуть не расхохотались, настолько сейчас он напоминал Трубу – а деду наверняка еще и Трубу в молодости. Крадир ошалело взглянул на наши лица и сам невольно улыбнулся. – Завидую вашему хорошему настроению. Отец, клан Алтаря бурлит и кипит, что озеро у Фралира. Ты получил послание от его златокузнецов? Вьорк покачал головой. – Так, понятно. А от литейщиков? От Гильдии грибников? Отец, а ты вообще от них что-нибудь получал за последние несколько месяцев? – А как же, – ухмыльнулся Труба. – Поздравления по случаю благополучного выздоровления. – И все?! – И все. – Тогда считай, что ты многое пропустил. – Не удержавшись, Крадир вновь налил себе эля. – Жрец Ашшарат по имени Ейн уже две недели томится под стражей – ждет твоего решения. Надо сказать, Хийнм недолго терпел его проповеди, но и старика можно понять – этот самый Ейн взял на себе нелегкую миссию доказать всем, что Крондорн – не более чем детские сказки, тогда как великая богиня любви… – Можешь не продолжать, – кивнул Вьорк. |
