Тихий стук в дверь – и в зале появился Айрант. Лицо его было невозмутимо, но мне показалось, что за этой невозмутимостью скрывается многое.

Едва со всеми поздоровавшись, Щит приступил к отчету.

– Наш клан спокоен.

Вьорк с шумом выдохнул воздух:

– Первая хорошая новость за весь день!

– Погоди радоваться, – прервал его Айрант. – Спокоен – не значит доволен. Ходят разговоры о том, что ты пригласил из Тильяса несколько десятков жрецов – якобы они должны будут занять место травников, которые, по твоим словам, и хромого козла вылечить не могут.

– По моим словам?! – изумился Вьорк.

– Но и это не все. Народ уверен, что Раткнор привез с собой новый договор, который ты вроде как согласился подписать, чтобы задобрить Нельда после гибели Веденекоса. И по нему не только король должен брать в жены человеческих женщин, но и все главы кланов, а в будущем – и все главы гильдий.

– И ты называешь это спокойствием? – усмехнулся дед.

– Я бы называл это недовольством, – сквозь зубы бросил Айрант, – но не более. И если Вьорк не против выступить перед кланом…

– Бесполезно, – покачал головой Крадир. – У меня нет сомнений, что отцу верят, но считают его слишком мягкотелым.

– И пока ты не избавишь нас от людей… – подхватил Терлест, обращаясь к королю.

– Не бывать этому! – Труба хватил кулаком по столу. – Я делаю то, что считаю нужным, и если вы думаете, что какие-то сплетни заставят меня…

– Не сплетни, отец, – тихо прервал его Крадир. – Неужели ты не видишь, что все посыпалось? Или ты думаешь, что и я что-то имею против Фионы, Сориделя, Лиз?.. Да, они не гномы, но это их беда, а не вина. Однако если не принять решительных мер, котел взорвется.

– Как, интересно знать?! – Лицо Вьорка все больше наливалось кровью. – Может быть, и мне тоже предложат убраться из Хорверка, ты это хочешь сказать? Помнишь Драга Шило? Если уж Хорверком мог править безумный король – а я, слава Крондорну, пока что далек от безумия…

– Труба! – окликнул его дед. – Эй, Труба, слышишь меня?!

– Что? – Вьорк остановился. – А, да?

– Ты не забыл, кто перед тобой? Это что, Мэтт собирается отправить тебя в изгнание? Это Крадир настаивает на грайхоне? Я тебе больше скажу – они никогда не соберут для него достаточно голосов. Так это ли стоит обсуждать?

– Нет. – Успокоившись, Вьорк улыбнулся деду.

Впервые в жизни лицо короля показалось мне мягким и нерешительным. Так, наверно, чувствовал себя Арталан, когда ему доложили, что императорская гвардия перешла на сторону мятежных баронов. Страшное, должно быть, ощущение – снежной лавины, перед которой ты не более чем песчинка. И как ни суетись, дело все равно кончится обвалом.

Но ведь первой, кого погребет под собой этот обвал, станет Фиона. Если отбросить в сторону упрямство короля – и справедливое, надо сказать, упрямство, – то выбить оружие из рук заговорщиков мог бы только один ход. Крадир прав: если немедленно выслать всех людей из Хорверка, пожар потухнет, не успев разгореться. Останется только «невнимательность» Вьорка, но ее легко объяснить. Если поймем, кто перехватывал письма, тем лучше. Если нет, сошлемся на болезнь – это-то Трубе простят.