Я был уверен, что надо настоять на своем, довести ее До дверей и сдать с рук на руки Тиро, но тогда я рисковал поссориться с ней по-крупному. А Щит, который находится в ссоре со своей королевой, – это нечто совсем уж невообразимое.

– Что это ты ни свет ни заря?

– Мэтт! – Фиону уже несло. – Давай договоримся, что у меня здесь только одна нянька – Втайла.

В итоге я сдался, обреченно вздохнул и взял с Фионы слово, что она вернется домой и будет дожидаться моего прихода. Заодно я передал ей просьбу короля навестить его и рассказать все, что она помнит про тот кошмарный день. Королева молча кивнула.

– Это все?

Какие там эльфы, вот где было истинное высокомерие!

Настроение было, конечно, не то, но все же я рассказал ей про предложение короля сопровождать первопроходцев – и без лишних расспросов получил согласие.

Слишком легко. Я даже почувствовал себя задетым.

Оставив Фиону в покое, я наконец добрался до дома Крадира. И замер у самого порога: дверь была приоткрыта.

Мы далеко не всегда запираемся на семьдесят два замка, однако я надеялся, что смерть Ганта заставит Крадира стать менее беспечным.

Я протянул руку к дверному молотку. Но что-то меня удержало. Вместо этого я обнажил меч.

Входить в дом сына короля с мечом в руках… Если это ложная тревога, я буду выглядеть весьма по-дурацки. Но сейчас как раз тот случай, когда лучше перебдеть…

Прихожая была пуста. Я остановился. Прислушался.

Как в могиле.

От пришедшего в голову сравнения меня передернуло.

Лесенка в спальню показалась бесконечной. Еще одна приоткрытая дверь. Темная, как склеп, комната.

Да, что-то я сегодня в ударе.

Когда глаза смирились с темнотой, я огляделся. Нагромождение теней: большой угловатый шкаф, кровать под балдахином, низкий стеклянный столик, подсвечник…

Поколебавшись, я щелкнул огнивом и сразу же отскочил назад, поднимая меч.

Хилый огонек осветил комнату. Никого.

Стараясь оставаться спокойным, я приблизился к балдахину. И представил себе удивленное лицо Крадира: Щит королевы с занесенным над головой клинком…

Опустив меч, я рывком отдернул занавесь.

Крадир лежал на кровати. Не шевелясь, лицом вверх.

Поначалу мне показалось, что он спит. Лишь наклонившись, я увидел, что глаза наследника широко раскрыты.

И в них нет ни единого проблеска жизни.

Глава VI

Наверно, нормальной реакцией всякого гнома было бы выбежать из дома и закричать в полный голос. Мы, конечно, не эльфы, для которых тягостна сама мысль о смерти, но в Хорверке живут долго, и покойники – не то зрелище, с которым приходится сталкиваться ежедневно.

Если бы Крадир тяжело болел, тогда да. Но как Щит я бы об этом знал – нам приходится держать в голове много такого, о чем не говорят даже ближайшим родственникам.

Вместо того чтобы громко кричать и мчаться к выходу, я задул свечу и подкрался к дверям спальни. Если убийца не успел покинуть дом, то он прячется именно здесь: лучше места для засады не придумаешь.

Наверно, я вел себя глупо. Воевать с врагами Хорверка за его пределами – к этому каждый гном готовится с детства Но воевать в самом Брайгене, да еще неизвестно с кем…

Я никак не мог вспомнить, есть ли у Крадира кранчеккайл: очень не хотелось, пробираясь по темному дому, получить подсвечником по голове. Но пока что вокруг царила тишина.

Если бы мне довелось хоть раз побывать у Крадира в гостях, было бы проще.