– Может его хлопнуть? Раз и нету капитана, – предложил майор, стукнув огромной ладонью по столу, отчего стоящая рядом пепельница с окурками, слегка подпрыгнула и тут же вернулась на свое место.

Полковник Зубриков покосился на дверь. Не подслушал бы кто. Доверять нынче никому нельзя. И он оторвав задницу от мягкого кресла, подошел и поплотнее закрыл дверь. Хотя они и говорили тут негромко, даже можно сказать тише обычного, но лучше, если их все-таки никто не услышит.

– Только это надо сделать аккуратно. И не в территории колонии. А скажем, где-нибудь по дороге к городу, – сказал Зубриков, возвращаясь в свое мягкое кресло, которое тут же приняло его грузное тело.

Майор понимающе кивнул и поднялся со стула.

– И вот что еще, Марат, – обратился Зубриков к майору, назвав того по имени. – Я ему разрешил поговорить с медперсоналом. Будь добр, проследи, чтобы никто не наболтал ничего лишнего. Да и повнимательней там. Разузнай в поселке, один он приехал? Чужаков не видали? Может, машина какая подозрительная. Или еще что. Ну давай. Иди.

Майор и на это кивнул, и поспешил уйти. А Зубриков достал из шкафа бутылку коньяка и стакан.

– Как же надоело все. Может уйти на пенсию? – говоря все это, Зубр посмотрел в окно. Там вдалеке за трехметровым забором из колючей проволоки была тайга. Зеленые шапки высоченных сосен точно вальсируя, раскачивались под порывами ветра. Но сейчас они казались Зубрикову набегавшими на берег волнами моря. Того самого моря, где он отдыхал в прошлом году с молодой любовницей. Жизнь там показалась Зубру сказкой, наверное, поэтому ему и захотелось купить дом в пригороде Сочи. И чтобы море было видно прямо из окна. Но для того, чтобы мечта осуществилась, требовалось много денег. Скоро они у Зубра будут. Если, конечно, эти две сучки не подведут.

Он не стал пить за удачу, чтобы не спугнуть ее. При всей своей жесткости характера, полковник Зубриков был очень суеверным человеком. Поэтому выпил молча и без всяких хороших и не очень мыслей.

В дверь постучали. Зубриков спрятал бутылку и пустой стакан в стол.

– Войдите, – громко сказал он.

32

Стас Кручинин почувствовал, что начинает замерзать. Улетая из Москвы, оделся в легкую куртку и как только прибыл в Пермь понял, что поступил необдуманно. Весна здесь кажется совсем не ощущалась, а пронизывающий студеный ветер продувал синдипоновую куртку насквозь.

Он стоял на автобусной остановке на краю поселка, располагавшегося сразу за воротами женской колонии. В этом поселке жили не только работники колонии, но и бывшие зеки и зечки отсидевшие свой срок, и обосновавшиеся здесь, потому что им было некуда уезжать.

От колонии до города было километров сто. При быстрой езде летом это занимало не более полтора часа езды. Небольшой рейсовый автобус «Пазик», курсирующий от поселка и обратно тратил почти два с лишним. Кручинин решил воспользоваться услугами частника. Это намного быстрей, да окоченеть можно дожидаясь автобуса.

– Мигом доставлю. Не беспокойтесь, – пообещал водитель белой «девятки», когда Стас остановил его и попросил подбросить до города. Водитель охотно согласился. Как оказалось, он занимался частным извозом. Это и было его единственным заработком.

– А чего еще здесь делать. Медвежий угол. Тут даже больницы своей нет. Кто заболеет – везем в город. Да и вот таких как вы… – глянул водитель на Кручинина, наметанным глазом оценивая финансовые способности пассажира. Судя по одежде, клиент попался не богатый, а стало быть на прибавку к оговоренной сумме рассчитывать не придется.