У Людмилы вдруг возникло желание взять и задушить Багрову прямо в машине дорогой, тогда Зубрикову некого будет посылать к Мордовцеву. Но тут же возникли сомнения: а что будет потом с ней самой. Срок добавят само собой. Но если после суда ее опять вернут сюда, Зубриков сделает то, что обещал.

Обе красавицы ненавидели друг друга, поэтому сели по разные стороны деревянной лавки. Сопровождавшая их толстая бабеха в погонах прапорщика, сунула в открытую дверь своё здоровенное рыло, осмотрела отсек, в котором сидели обе девушки и ни слова не говоря, заперла дверь снаружи на замок. Сама она не захотела трястись вместе с ними и полезла в кабину к водителю. Там на мягком сиденье и ехать помягче, не то что на деревянной скамейке.

– Ну трогай, что ли, – сказала она молодому солдатику сидящему за рулем автозака и повела носом: – А чего это у тебя так бензином воняет?

– Да это товарищ майор попросил вывезти с территории две канистры с бензином.

Толстушка сразу поняла, о ком говорит водитель. Сказала с возмущением:

– Совсем оборзел этот Марат. Машину купил, а бензин для нее ворует из служебного гаража. Надо будет об этом доложить полковнику Зубрикову, – посмотрела она на солдатика, чтобы узнать его мнение на этот счет, но водитель промолчал. Его дело вести машину и выполнять, что велят и не вмешиваться куда не надо.

За три часа до выезда с территории колонии автозака, майор Марат на своем джипе помчался в город. Там возле вокзала всегда было полно бомжей. Разных возрастов. Сейчас ему надо было подыскать женщину помоложе и посвежее. Такие тоже встречались тут. Местное мужичье охотно использовали таких, еще совсем не опустившихся женщин в качестве проституток. Не дорого. А баба, она и есть баба. Самое главное, чтобы у нее дырка была.

Возле железнодорожных складов проходила центральная теплотрасса и вся бомжацкая братия обитала около нее, соорудив из подручных средств нечто палаточного городка.

Марат остановил свою машину недалеко от теплотрассы. Из машины он не вылезал до тех пор, пока не увидел молодую женщину с довольно приятным лицом. Судя по всему, она была обитательница бомжацкого городка. Она шла не слишком уверенной походкой, покачиваясь из стороны в сторону, как морячка сошедшая на берег с корабля. Марат знал, большинство всех этих бомжих, бывшие зечки их колонии, которым после освобождения просто было некуда ехать. Вот они все и прижились тут. Наверное и эта мадам из их числа.

Майор окрикнул бомжиху. Одет он был не как обычно в форму, а в гражданскую одежду. На голове – спортивная шапка низко надвинутая на брови. Кожаная куртка с меховым воротником. Вряд ли в таком виде бывшая зечка узнает его.

И она не узнала. Да и не пыталась. Мало ли тут всякого мужичья шастает.

– Чего тебе? – спросила она, глянув на Марата без всякого интереса к общению с незнакомым человеком. Полчаса назад она выпивала в компании своих друзей и всякая там болтовня надоела до чертиков. Прилечь бы сейчас да выспаться хорошенько.

– Ты денег заработать хочешь? – сказал ей Марат, достав из бумажника четыре пятисотрублевки и показав их бомжихи.

Расчет его оказался верным. Купюры подействовали на женщину магически. Теперь она не смотрела на Марата, а только на деньги. В глазах засветилась алчность. Да и чего тут говорить, такие деньги ведь на дороге не валяются.

– Разгрузить что ли чего надо? – поспешила спросить бомжиха, опасаясь, как бы этот мужик не передумал.