— Его методы… они чужды нам, — поддержал другой. — Все эти брикеты, эликсиры… Это не по-нашему. Не по-людски. Добром это не кончится.

В этот момент к ним подошел воевода Всеволод. Он присел рядом, подливая себе вина.

— Слышу, вы нашего героя обсуждаете, — сказал он с легкой усмешкой.

— Да какой он герой! — вспылил казначей. — Выскочка! Колдун! Он разорит нас своими затеями!

Всеволод медленно отпил вино, задумчиво глядя на огонь.

— Возможно, — неожиданно согласился он, и капитаны удивленно посмотрели на него. — Его методы действительно необычны и расходы велики. Я тоже беспокоюсь.

Он сделал паузу.

— Но, — продолжил он, — нельзя отрицать его результаты. Он спас крепость вместе с Ярославом и помог ему принести нам победу. Князь ему верит. Идти сейчас против него в открытую — значит настроить против себя и князя, и Ярослава, и половину дружины. Это глупо.

— Так что же, сидеть и смотреть, как он прибирает к рукам всю власть? — не унимался капитан.

— Нет, — ответил Всеволод. — Мы будем слушать. Очень внимательно. Посмотрим, что еще придумал этот гений. Может, его новая идея окажется полезной для всех нас. А может, — он хитро улыбнулся, — она окажется настолько безумной, что он сам себя и погубит. Не нужно торопить события. Просто дайте ему веревку, а повесится он на ней сам.

Старые капитаны переглянулись, и в их глазах появилось понимание. План Всеволода был им по душе.

А на следующий день князь Святозар собрал большой совет в главном зале крепости…

* * *

Алексей на совете

Я стоял перед всеми с докладом, который мог изменить будущее всего рода.Это были революционные идеи для местных, но я уверен, что смогу воплотить их в жизнь.

— Уважаемые, — начал я, — наша победа над Боровичами показала силу нового подхода к войне. Мы победили не числом, а умом, подготовкой, но это только начало.

Князь кивнул, давая мне знак продолжать.

— Главная слабость любого рода — зависимость от урожая текущего года. Плохое лето — и к зиме начинается голод. Суровая зима — и весной приходится делить последние запасы. Мы живем от урожая к урожаю, а в этом году еще и урожай наш пострадал от набегов. Если бы не рейд и дань с Боровичей, то мы бы сейчас уже кормили людей по нормам.

— И что ты предлагаешь? — спросил Степан Игнатьевич.

— Научиться превращать излишки хороших лет в запасы, которые продержат нас в плохие. Создать такую систему хранения, при которой голод станет невозможен в принципе.

По залу пронесся заинтересованный шепот. Идея была амбициозной для этого времени. Я это прекрасно понимал, но отступать не собирался.

— Конкретнее, — попросил князь.

— У меня есть два предложения. Первое — освоить производство твердого сыра. Молоко портится за дни, но правильно приготовленный сыр может храниться годами, становясь только лучше.

— А второе?

— Сыровяленые колбасы. Технология, которая позволит нам использовать любое мясо — от лучших кусков до обрези — и превращать его в продукт с неограниченным сроком хранения.

Казначей, пожилой боярин с седой бородой, поднял руку:

— Молодой человек, с уважением к вашим прошлым заслугам, но то, что вы предлагаете — это расточительство. Эксперименты с едой в то время, когда нужно готовиться к войне…

— Это и есть подготовка к войне, — перебил я. — Самая важная подготовка. В долгой войне побеждает не тот, кто сильнее бьет, а тот, кто дольше выдерживает.