|
Половина из них уже взобралась наверх и помогла остальным. — Придется прыгать, — сказал Джек. — А это действительно необходимо? — осторожно уточнил Дойл. — Если у тебя нет каких-нибудь других предложений. — Джек укладывал доску на кирпичи так, чтобы образовать маленький скат с уклоном к краю крыши. — А как насчет книг? — спросил Штерн с отважным спокойствием, подтверждавшим сложившееся у Дойла еще на «Эльбе» впечатление о нем как о человеке не робкого десятка. — Я этим займусь, — заверил Джек. Он забрал у них обе книги, отступил назад, разбежался по наклонной плоскости и легко перепрыгнул проем, ловко приземлившись на ноги. — Давай теперь ты, — сказал Дойл. — Не особый любитель высоты, правда, Артур? — отозвался Иннес, разбегаясь. — Будь здоров. Штерн последовал за ним. Он зашатался на самом краю, но Джек с Иннесом схватили его и оттащили на безопасное расстояние. Артур перед разбегом отступил назад как можно дальше, собрался с духом, мимоходом пожалел, что на нем башмаки с гладкими подошвами, разогнался, насколько мог, и, когда взлетел в воздух, закрыл глаза. Его тяжелое приземление оставило на соседней крыше вмятину и сбило ему дыхание. — Все в порядке, да, Артур? — спросил Иннес, помогая подняться на ноги. Дойл кивнул, ловя ртом воздух. Они повернулись к Штерну, который стоял на краю следующей крыши, с опаской глядя на здание, находившееся в нескольких шагах ниже их. — Что-то не так? — спросил Иннес. — «Врата ада», — ответил Штерн. — Здесь? В Нью-Йорке? — удивился Иннес. — Вот уж никогда бы не подумал. — Что это значит? — уточнил Джек. — Так называется это здание. Самая известная из пользующихся дурной славой городских трущоб, там живет более тысячи человек. И то сказать, даже в этом запущенном и убогом районе это строение выделялось особо неприглядным видом. Крышу его покрывали палатки, шалаши и фанерные лачуги, а вокруг распространялось отвратительное зловоние. На улюлюканье позади них раздался отклик снизу. «Пыльники» приближались, и деваться беглецам, кроме как вперед, было некуда. Когда они побежали по крыше мимо лачуг и шалашей, оттуда стали выглядывать бледные, изможденные лица их обездоленных обитателей, на которых даже не было написано особого любопытства или тревоги. Эти люди привыкли безучастно сносить тяготы и не ждали от жизни ничего хорошего. Между тем боевые вопли донеслись и со стороны дальнего конца крыши: бандиты с улицы забежали вперед, поднялись на крышу соседнего здания и спешили навстречу своим, чтобы зажать беглецов в клещи. Следуя за Штерном, беглецы попятились к чердачной двери, ведущей во «Врата ада». Как ни противны были запахи на крыше, им было не сравниться с ужасающей вонью в трущобном чреве. Даже зажимая носы и рты, было трудно справиться с подступавшей тошнотой, но, когда Штерн непроизвольно застонал, Джек извлек и раздал маленькие капсулы с нашатырным спиртом, которым они смочили носовые платки. От этого щипало глаза, но вонь частично нейтрализовалась. Теперь, однако, встал вопрос о том, как найти дорогу через кошмарную гробницу с ее скудно освещенными коридорами, наполненными испарениями ламп и керосиновых плит. |
