— Супруге предводителя клана не к лицу вести себя подобным образом.

— Глупости. Я всю жизнь вела себя как пай-девочка и чего этим добилась? Почему проказницам достаются все удовольствия в этой жизни? Это несправедливо. — К ужасу Моргана, она на виду у всех изогнула лебединую шею и впилась острыми зубками в мочку его уха. — Между прочим, твои соплеменники не так глупы, как тебе хотелось бы думать, и достаточно догадливы. Если бы мы спали в одной кровати, тебе было бы чем заняться и ты сейчас не торчал бы здесь.

Прежде чем он успел прийти в себя после ее слов, Сабрина соскочила со скамьи и оказалась в центре зала. Помимо воли Морган залюбовался женой; соседи тем временем стали отодвигаться от него подальше, чтобы не попасться под горячую руку.

Сабрина хлопнула в ладоши, призывая всех к вниманию, хотя глаза любопытствующих Макдоннеллов и без того были прикованы к расшалившейся хозяйке замка.

Предлагаю тост, — она схватила с ближайшего стола бокал и подняла вверх. — Выпьем за моих новых Родных! За Макдоннеллов!

Её предложение встретили одобрительными криками, хотя без особого энтузиазма. Макдоннеллы сознавали, что их вождь крайне недоволен поведением жены, и соблюдали осторожность, но отказать себе в выпивке по какому бы то ни было поводу никто не мог. На этот раз, когда Фергюс протянул бутылку, Морган перехватил ее, сделал большой глоток прямо из горлышка, шумно вздохнул и вытер губы тыльной стороной ладони.

Сабрина поднесла ко рту бокал, и Морган завороженно наблюдал, как подрагивала шея жены, по мере того как она вливала в себя крепчайшее виски. Знакомство с огненным напитком не прошло бесследно, в глазах девушки заблестели слезы, а в голосе появилась легкая хрипотца.

— Я обещала Фергюсу, что спою вам новую песню, и обязательно это сделаю. Что бы ни говорил ваш вождь, мы, Камероны, всегда держим свое слово.

Сабрина начала притоптывать и хлопать в ладоши в нарастающем ритме. Это было так заразительно, что юноша, игравший на барабане, искоса посмотрев на Моргана и не дождавшись его знака, все равно тряхнул головой и начал отбивать ритм. Вскоре зал уже дрожал от топота ног и хлопающих ладоней.

Сквозь шум прорезался чистый девичий голосок:

По горам и долам скачут Макдоннеллы с пиками наперевес.

Длинные пики у Макдоннеллов, но не длиннее, чем их…

— Сабрина! — во все горло заорал Морган.

Он с такой силой сдавил бутылку виски, что она лопнула, янтарные осколки Морган стряхнул, будто лепестки роз. Стихла барабанная дробь, хлопающие руки замерли на полпути.

— Языки? — едва слышно прошелестела Сабрина, застыв на месте и во все глаза глядя на медленно шагавшего к ней мужа. Раньше ей казалось, что любым путем нужно привлечь к себе его внимание, даже если придется слегка поддразнить, но сейчас поняла, что затеяла игру с огнем. К ней приближался разъяренный тигр, и, судя по выражению его глаз, ничего хорошего предстоящая встреча не обещала.

Толпа молча раздвигалась перед Морганом; Сабрина решила ни в коем случае не отступать. Однако непослушные ноги сами понесли ее назад, пока она не уперлась задом в стол. Бежать дальше было некуда. Над ней нависла тень Моргана, и на долю секунды у Сабрины вспыхнуло опасение, что он нарушит слово и ударит ее при всех.

Отбросив волосы, упавшие на глаза, Сабрина с вызовом посмотрела на грозного мужа.

— Надеюсь, моя песенка тебе понравилась. В конце концов, она восхваляет Макдоннеллов за их длинные…

Она осеклась, до боли прикусив губу.

— Ноги? — предложил свой вариант Морган и крепко взял жену за руки.

Он вроде не пытался причинить ей боль, но кривая усмешка на губах мужа напоминала, что существуют гораздо более изощренные наказания, чем обычная пощечина.