– Я должен признать, что и сам от всего этого не в восторге. Но мы с вами понимаем – это единственный способ проникнуть в эту организацию. Я очень рад, что ваш друг поработал над моими шрамами, сделав их гораздо более правдоподобными и, главное, прочными. Я подозреваю, что мои друзья‑преступники могут устроить мне проверку.

– Что вызвало у тебя подобные подозрения?

– Меня обеспокоило замечание вашего друга, профессора Спана, по поводу того, что братья Ангелли родом из Утрехта.

– Ну и что?

– Вы, вероятно, забыли, что Васко – сержант Вестенбринк, тоже родом из Утрехта,

– Черт побери! – пробормотал де Грааф. – Черт побери!

Полковник тут же понял, что из этого следует.

– Да, конечно. Полицейские и преступники, обычно знают друг друга по работе, если можно так выразиться. Тут не все плохо. У себя в Утрехте Васко был на подпольной работе, там он тоже маскировался. И здесь, работая с кракерами, он был постоянно замаскирован. Просто непостижимо, сэр, как все связано.

– Что действительно непостижимо, так это то, что ты все еще жив, – со вздохом заметил де Грааф. – Никто же тебя не заставляет...

– Но есть же понятие «зов долга», сэр. Тут как в пословице: заплатив пенни, заплатишь и фунт. Если хотите, это просчитанный риск. По моим расчетам, счет будет в мою пользу.

Лейтенант остановил машину у дома де Граафа.

– К счастью, я не из тех, кто любит заключать пари. – Полковник посмотрел на часы. – Шесть семнадцать. Если мне понадобится с тобой связаться в ближайший час, ты, конечно же, будешь в своей комнате, в «Трианоне».

– Совсем недолго, сэр. С шести сорока пяти я буду в «Ла Караче».

– Черт бы тебя побрал! Насколько я помню, кто‑то должен доставить тебе какие‑то данные в «Трианон» в шесть тридцать. Когда же ты собираешься их изучать?

– Я вовсе не собираюсь их изучать, Я знаю, как работать с радиоуправляемыми детонаторами. Когда я объяснял Ангелли возможные сложности, я преследовал совсем другие цели. Я должен был убедить преступников, что я именно то, за что себя выдаю, – что я действительно собаку съел на взрывах. Мне же было необходимо понять, много ли они сами знают о взрывах. Судя по всему, Ангелли и его люди о взрывах знают удивительно мало. Возникает вопрос, почему в такой хорошо организованной группе нет специалиста на столь важном участке? Именно поэтому я считаю, что счет может быть в мою пользу, – я им действительно нужен.

Но настоящая причина моего оптимизма связана с «Ла Карачей». Возможно, вы помните, что я просил Васко встретиться со мной в квартире Жюли? Позже я передумал. Я решил, что в облике Стефана Данилова мне лучше подальше держаться от этой квартиры. Поэтому я договорился встретиться с Васко в «Ла Караче».

Я также взял на себя смелость позвонить Джорджу и спросить его, не хочет ли он мне немножко помочь. Джордж охотно согласился. Я обратился к нему от своего – не от вашего – имени. Думаю, что будет лучше, если вы кое о чем не будете знать – официально, конечно.

– Понимаю, Питер, у тебя для этого были серьезные основания. Временами я даже удивляюсь, как много всего я не знаю, официально и неофициально. Однако сейчас не время для размышлений. И как же эти двое твоих помощников смогут гарантировать твою безопасность?

– Я надеюсь, что они будут присматривать за мною. Как я вам уже говорил, Васко не имеет себе равных в слежке. А Джордж... у Джорджа есть другие достоинства.

– Это я заметил. Да поможет нам всем Господь!

Посыльный Ангелли прибыл ровно в шесть тридцать, меньше чем через две минуты после того, как ван Эффен вернулся в свою комнату в «Трианоне».