Путь к домику на дереве оказался недолгим, и Глория даже пожалела, что замечательная прогулка так быстро закончилась. Но даже если бы нужно было пройти десяток километров под проливным дождем, в одиночку или даже в неприятной компании «звезд», стоило бы это сделать, чтобы увидеть такое чудо архитектуры. Домик на дереве был просто загляденье! Сложенный из тоненьких бревнышек, с резными наличниками и расписным фронтоном, со смешным петушком на самом верху крыши, с ярко светящимися окошками, он отлично смотрелся бы и на земле. А в листве огромного, наверное, столетнего дуба он выглядел сказочной избушкой какого-нибудь лешего или другого фольклорного персонажа. От домика исходил приятный аромат свежего хлеба и жареных грибов.

— Дома, — удовлетворенно проговорил Паша-Танк. — Хавчик готовят. Или уже приготовили. Да и окошки светятся. Позовем их сюда или сами поднимемся?

— Все мы там, пожалуй, не поместимся, — сказал Боб. — Хотя я бы предпочел подняться.

— Строение весьма внушительное, — сказал Жорик. — И сделано грамотно. Вы с Пашей поднимайтесь, а мы потом на интерьер поглазеем по очереди. Если уж снаружи такая красота, то что же там внутри должно быть? Очень хочется посмотреть.

— Ты, Глория, тоже давай поднимайся, — предложил Борис. — В конце концов, мы здесь твои интересы представляем. Думаю, что риска нет никакого. Если хозяева настроены недружелюбно, мы с Павлом сумеем объяснить им что к чему. А домик выдержит. Эх, хотел бы я в таком жить, честное слово!

И закончив свою речь, он стал подниматься по лесенке, приставленной к необъятному стволу. За ним полез Паша-Танк, но притормозил, потому что Борис, как хорошо воспитанный джентльмен, остановился у двери на «крылечке» и постучал.

— Кого черти в такое время носят? — сразу же прозвучал из-за двери хриплый, недовольный голос, и некоторые из девушек, в том числе и Глория, взвизгнули.

«Ну точно леший на дереве живет», — подумала Глория.

— Принимайте гостей, отшельники! — весело произнес Боб. — Детское телевидение приехало, сказочку будем тут у вас снимать.

— Это ночью-то? — «леший» за дверью расхохотался. — Мы честной компании всегда рады, да только когда компания не с пустыми руками приходит.

— Не с пустыми, — заверил его Борис и жестом потребовал у Коли Радостева, чтобы тот достал из своего рюкзака оставшиеся запасы.

Коля извлек три бутылки с вином, подумал и третью спрятал обратно, а две передал Паше.

— Ну, открывай, что ли, — благодушно предложил Борис «лешему» и в знак миролюбивости намерений легонько постучал бутылкой о бутылку, которые по эстафете передал ему Паша-Танк.

— Так не заперто, — весело проговорил хозяин «скворечника». — Только больше трех не входить. Не вместимся.

— А нас как раз трое, — ответил Боб.

И они вошли. Внутри «скворечника» было не так благообразно, как снаружи. Посередине стоял небольшой, низенький стол, покрытый облупившейся клеенкой, по обе стороны стола стояли низенькие лавочки. Возле дальней стены стоял шкаф, явно из бывшей офисной мебели, около шкафа лежал надувной матрас, на электрической плитке, располагавшейся прямо на полу, стояла большая кастрюля, от которой исходил грибной дух. Сам же хозяин — невысокий, худощавый мужичок неопределенного возраста с редкой бородкой и в очках без оправы, стоял возле окна и протирал идеально белой тряпкой листья фикуса, стоявшего на довольно широком подоконнике.