— Послушайте, господин следователь, — деловито проговорила она. — Сейчас я объявлю общий сбор. Объясню ситуацию. И попрошу всех добровольно открыть свои комнаты и показать вещи. Мы вместе все осмотрим. Насколько мне известно, такая процедура обыском не является. А охрану попросим никого не выпускать из здания. На всякий случай.

Алексею Викторовичу ее предложение показалось спасительным.

— Давайте так и поступим, — сказал он. — Трубите сбор, а здесь я попрошу остаться одного из ваших охранников и двух понятых, чтобы были наготове, когда приедет оперативно-экспертная бригада из района. Не беспокойтесь, им недалеко добираться — из Комарова. Я звонил — они уже выехали.

— Кого? — деловито осведомилась Марфа, критическим оком оглядев присутствующих.

— Да вот, думаю, Григорий и Глория подойдут для этого дела, — невинным тоном произнес Перепелкин.

— Что ж… — сощурилась она. — Пожалуй. Только я сразу же попрошу у них ключи. Не возражаете, ребята?

— Что? — возмутился Барчук. — Вы будете осматривать мой номер без меня?

— Тебе есть что скрывать от следствия? — усмехнулась Марфа.

— Нет, — он усмехнулся в ответ. — Но мне не хотелось бы, чтобы вы выудили мою ночную рубашку не первой свежести из бара и рылись в ее потайных кармашках. Там есть кое-что, не предназначенное для таких морально-устойчивых субъектов, как вы.

— Ничего, мы закроем глаза на твои оригинальные привычки, — сказала она. — У вас, Глория, тоже есть возражения?

— Нет, — быстро ответила Глория и протянула Марфе свой ключ. — Мое грязное белье находится там, где полагается — в бельевой корзине. А потайных кармашков у меня ни на какой одежде нет.

«Да, навел я шороху, — задорно подумал Ежик. — Похоже, что вечерние съемки накрылись медным тазом. Только зря этот следователь так доверяет Барчуку. Вот в понятые его взял. Совершенно зря…»

Он подошел к Глории и тихо проговорил:

— Мне нужно срочно с тобой поговорить.

— Давай потом, — сказала она. — У меня от всего происходящего голова идет кругом.

— Но это срочно… — попытался настоять он на своем, но тут грозный окрик Марфы Король заставил его отказаться от своих намерений:

— Петров, вы идете? Мне нужно, чтобы все участники шоу через пятнадцать минут были в большом фойе. Озаботьтесь, пожалуйста, этой проблемой. Времени у вас не так много.

«Для такого дела у тебя имеется целый штат исполнителей», — сердито подумал Ежик, но ослушаться Марфу Король не посмел.

Акт третий

1

«А если вор уйдет неуличенным…»

Результаты осмотра кабинета Молочника экспертной группой ничего не дали: взломщик тщательно протер клавиатуру, мышку и ручки двери. А вот результаты «добровольного досмотра» номеров повергли Алексея Викторовича Перепелкина в нешуточное смятение. Кожаные записные книжки красного цвета были обнаружены… в номере ведущего шоу «Звездолет» Григория Барчука. Правда, Барчук клялся, что видит эти книжки впервые. «Проверьте их на отпечатки! — требовал он. — Я к ним даже не прикасался». Перепелкин счел эти требования разумными, и отпечатки сняли, благо эксперты из района еще не уехали. Результат оказался ошеломляющим — «пальчики» Барчука совпадали с «пальчиками» на красной коже записных книжек. Теперь Алексей Викторович иным взглядом смотрел на готовность Григория к общению с представителем следствия.