|
Вот звонил он в свое родное управление давеча — просил прислать оперативно-следственную бригаду на подмогу. И что? Начальство радостно сообщило Алексею Викторовичу известную истину — людей нет, попытайся ты сам как-нибудь… Ну, «как-нибудь, как-нибудь так», как любит выражаться знаменитая Масяня. И интонация у начальства была прямо как у Масяни. С начальством все ясно. А сейчас что делать? Вот побежит он в данный момент за понятыми. А вдруг за дверью преступник прячется? Его же брать с поличным надо. А если там никого нет, то потом никому ничего не докажешь. Не докажешь, что это не Перепелкин гвоздодером поработал и печати сорвал. За дверью номера Молочника преступник не прятался. Зато светился ярким светом монитор компьютера. Заставка «бегущая строка» кого-то наставляла на путь истинный: «Работай! Работай! Зарабатывай деньги!» Хотя как это кого-то? Молочника и наставляла. Неужели компьютер здесь работал все время после смерти поэта? Или его включил воришка? Если это воришка, то что здесь пропало? Нужно идти к себе, брать опись из папки Игоря. Еще желательно снять отпечатки пальцев с клавиатуры и прочих предметов. А у дверей желательно поставить кого-нибудь — охранять. Но кого, когда оперативно-следственная бригада выступает здесь в единственном числе и лице? И химикатов нужных нет у Алексея Викторовича, чтобы отпечатки снять. Вот красота!
Перепелкин подумал еще немного, извлек из «широких штанин» джинсов мобильник и набрал номер Барчука, которому из всей компании, находившейся в пансионате, он доверял полностью. Гриша — хороший парень, на него можно положиться. Вот он дверь и посторожит, пока Перепелкин за описью сбегает и экспертную группу вызовет, хотя бы из РОВД Курортного района.
14
«Тот дух был дьявол…» Гриша Барчук погладил Глорию по голове, как ребенка. Мечты мечтами, а все-таки трудно быть капитаном Грэем. Сейчас он думал о том, что зря затянул эту девочку в их сомнительное предприятие. Да, он был уверен, что из нее вполне может получиться «звезда», что-то похожее на Эдит Пиаф или Лайзу Минелли, только на русский манер. Но нужно ли это самой девочке? И нужна ли такая девочка нынешнему шоу-бизнесу? Ее свежесть, непосредственность, поразительная сила воли, потрясающий внутренний стержень — все это может остаться незамеченным теми, кто правит бал на современной эстраде. В этом мире иные качества в цене. Например, длинные ноги и высокие бюсты. Возможно, он сумеет раскрутить ее в кино. Но для такой пичужки особый сценарий требуется. Значит, потребуется искать и сценариста. Ему, Грише, это нужно? Нужно, отвечал он себе. И дело не в том, что мы в ответе за тех, кого приручаем. Между прочим, Глория так и осталась неприрученной. И влюбляться по сценарию Марфы не желала. И благодарности, как Ассоль к капитану Грэю, она к Григорию не испытывала. Но разве ему нужна благодарность? А что ему нужно? Ему, сорокалетнему мужику, прошедшему и огонь, и воды, и медные трубы, и ненависть завистников, и восторги друзей, и осознание собственного несовершенства, и страх смерти, и прикосновение к бессмертию?… «Мне нужна любовь, — сказал он себе и удивился простоте истины. — Мне нужно, чтобы меня любили, чтобы так, как эта девочка, восхищенно и доверчиво заглядывали в глаза». Марфа смотрит не так. Он смотрит на него, как на жеребца или как на редкую бабочку, ну, или как на обыкновенную бабочку, но он — Гриша Барчук — для нее лишь функция. Определенная жизненная функция. И никогда в жизни она не посмотрит на него доверчиво, прося защиты. А ведь мужчине только это и нужно. Чтобы женщина надеялась на его силу, просила — хотя бы молча, доверялась, восхищалась и… плакала над могилой… Он видел — Марфа плакала над могилой своего мужа. Его хоронили неподалеку — в поселке Комарове, где похоронено много известных поэтов, писателей и артистов. |
