Шторм спокойно поднесла чашку с дымящимся кофе к губам, сделала осторожный глоток, как бы боясь обжечься, и только потом произнесла довольно едким тоном:

– Значит, этот похотливый мартовский кот продолжает охотиться за женщинами. И, судя по твоим словам, ты считаешь, что он наконец нашел себе пару, по всем статьям подходящую ему. Он искал ее довольно долго, надо признаться.

Кейн нахмурился, слыша столь откровенные циничные речи из уст своей младшей сестры, но затем решил принять во внимание то, что она теперь вовсе не подросток, а вполне взрослая молодая женщина.

– Боюсь, что ты совершенно права, – отозвался он, – он почти переселился к Джози Сейлз.

– Бьюсь об заклад, старушка Джози на седьмом небе от счастья по этому поводу, – губы Шторм скривила нервная усмешка, – сколько я помню, она всегда бегала за ним. Может быть, теперь-то она заполучит его себе в постель на законных основаниях.

Джози Сейлз, ровесница Кейна и Уэйда Мэгэллена, была владелицей магазина готовой одежды в Ларами и жила в комнате при магазине. Шторм никогда не любила эту женщину с кошачьим выражением смазливого личика.

Кейн усмехнулся на ее замечание и заявил:

– У нее на это нет ни малейшей надежды. Уэйду от нее нужно только одно…

И он опять не закончил фразы.

– А он хоть один раз в жизни относился серьезно к женщине, любил он хоть кого-нибудь? – спросила Шторм, помолчав немного.

Кейн несколько секунд сидел молча, уставясь в свою кружку, а затем спокойно сказал:

– Да, у Уэйда была большая любовь. Я уверен в этом. Я думаю, что когда дела пошли не так, как он на это рассчитывал, и его надежды рухнули, это чуть не убило его. С тех пор он решительно переменился, это уже совсем не тот Уэйд, которого я знал прежде.

Шторм удивленно взглянула на брата. Это было для нее большой новостью.

– А что произошло между ним и той женщиной?

– Откуда я знаю? – Кейн, отвернув от нее лицо, устремил взгляд в окно, рассеянно помешивая ложечкой кофе в кружке. – Уэйд не из той породы людей, которым можно запросто задавать вопросы об их личной жизни.

Шторм твердо сказала себе, что ее вовсе не волнует то, сколько женщин в своей жизни любил Уэйд Мэгэллен. И все же мгновение спустя она задала еще один вопрос:

– Эта женщина вышла замуж за другого мужчину?

– Нет, она не замужем до сих пор. Она уехала из Ларами.

Шторм поставила чашку на стол, вынула чайную ложечку и склонилась над ней, ловя перевернутое отражение своего лица на ее вогнутой поверхности.

– Ты думаешь, Уэйд все еще любит ее? – она положила ложечку на стол.

Кейн пожал плечами.

– Не знаю. Но я надеюсь на это.

– Надеешься? С чего это вдруг? – она чуть не потеряла контроль над собой – так явственно прозвучали в ее вопросе пронзительные нотки охватившего ее волнения.

– Я уверен, что они созданы друг для друга. И я от всей души надеюсь, что когда-нибудь они соединят свои судьбы.

– А я знаю эту женщину, о которой ты говоришь в столь возвышенных тонах? – спросила Шторм недовольным голосом.

Но по сделавшемуся вдруг суровым лицу Кейна она увидела, что он хочет прекратить этот странный разговор.

– Ни слова больше об этом, – твердо сказал он, и по его тону Шторм поняла всю тщетность дальнейших вопросов и расспросов на эту тему.

Однако сам Кейн нашел нужным добавить еще несколько слов:

– Обещай мне, что ты никогда никому не скажешь ни слова о том, что только что услышала.

– Я никогда не нарушу своего обещания, Кейн Рёмер, – хмуро сказала Шторм.