|
Я пытаюсь объяснить это лишь постольку, поскольку теперь особенно важно, чтобы Марк был в состоянии хоть отчасти представлять масштаб задействованных здесь сил.
Передние колеса джипа подпрыгивали на камнях. Мы миновали деревню и теперь опять ехали по целине. Я снова стал внимательно следить за дорогой.
Подниматься в гору даже по пологому склону дело довольно нелегкое, но джип отлично справлялся с задачей. Можно было заранее выбирать путь между по-настоящему крупными валунами, которые преграждали нам дорогу. Проехав чуть больше половины пути, мы выбрались на относительно ровный участок твердой почвы и увидели озерцо, наполненное водой бьющего из склона горы родника. Мы остановились, чтобы немного отдохнуть, а я решил заодно и напиться воды, которая оказалась настолько ледяной, что у меня заныли зубы. Видимо, я даже не сознавал, насколько мне хочется пить, ну разве только совершенно подсознательно велел Ричи, помимо всего прочего, привезти канистру с питьевой водой. Он привез ее, но тогда я забыл напиться. Теперь же я испытывал такую жажду, будто дня два бродил по раскаленной пустыне. Я пил до тех пор, пока у меня не заломило челюсти, потом оторвался от родника, потом снова пил, подождал еще немного и снова стал пить.
Через некоторое время мы продолжили путь и наконец добрались до вершины горы, где стояло здание. Вблизи оно оказалось строением футов шестидесяти в диаметре с единственным входом и совсем без окон. Что-то вроде блокгауза на артиллерийском полигоне, только больше.
Вход был забран дверью, которая, стоило нам оказаться в шаге от нее, скользнула в сторону. За дверью царила темнота, но тут же зажглись лампы, и мы увидели ярко освещенный круглый зал: посреди высился помост, по периметру тянулись боксы, в каждом находился укрепленный на стене пульт, перед которым стояло мягкое развернутое спинкой к центру зала кресло.
- Что это? - едва ли не шепотом спросил Билл. Он стоял рядом со мной и Порнярском на помосте, но, в отличие от нас, оглядывался по сторонам так, как будто хотел охватить взглядом все помещение сразу.
- Здесь находится то, - сказал Порнярск, - что в ваших понятиях можно определить, как компьютер. Это многоцелевая установка для ученых, делающих выводы из наблюдений за обитателями деревни.
- Компьютер? - голос Билла стал громче и резче. - И всего-то?
- Он действует не так, как привычные вам компьютеры, - сказал Порнярск. - Они созданы на принципах, которые использовались и в далеком будущем - в устройствах, о которых я упоминал, как о вспомогательных. Вам придется довериться мне, и я перенастрою эту установку так, что она сможет функционировать в режиме уже упомянутых устройств будущего, и ее можно будет использовать для наших целей.
- Это для каких же? - спросил Билл.
- Вас это не касается, - ответил Порнярск. - Использовать ее будет Марк.
Они оба посмотрели на меня.
- И ты научишь меня? - спросил я Порнярска.
- Нет. Вам придется учиться самому, - сообщил Порнярск. - Если не сможете вы, значит, не получится ни у кого.
- Если он не сможет, попробую я, - напряженно произнес Билл.
- Если с устройством не получится у Марка, то вряд ли получится у кого-то другого, - отозвался Порнярск. - Скажите, Билл, вы сейчас чувствуете что-нибудь? Что-нибудь необычное?
- В каком смысле? - уставился на него Билл.
- Значит, ничего не чувствуете, - сказал Порнярск. - Я был прав. Впрочем, Марк и должен быть настроен на установку. Марк, что вы чувствуете?
- Чувствую? - эхом отозвался я вслед за Биллом. |