- Хорошо, - сказал он. - Спасибо.

     Я подошел к грузовичку, и, когда он утащил в дом очередную порцию своих два на четыре, я тоже вытянул несколько досок и последовал за ним.

     Внутри дом освещали лишь солнечные лучи, проникавшие сквозь оконные проемы, но было ясно, что в доме, когда его достроят, будет достаточно светло, даже в пасмурные дни. Доски два на четыре, очевидно, предназначались для стен, поскольку их внутренние каркасы уже были готовы.

     Я подтащил доски туда же, где он уже начал их складывать. Полы были залиты цементом, но заглажены непрофессионально-грубо, и под ногами чувствовалась шершавая, а местами и просто неровная поверхность. Но полы, как каркасы стен и наружная кладка, явно вполне обеспечивали безопасность и удобства. Мы еще некоторое время вместе разгружали грузовичок, так и не обменявшись при этом ни единым словом.

     Я испытывал какое-то странное удовольствие от этой "тупой" работы. Оно перекрывало и дополняло приятное чувство физической усталости, которое обычно вызывает подобная работа. Я заметил, что незнакомец то и дело поглядывает на меня, но до тех пор, пока мы не закончили переносить все доски в дом, больше никакого интереса ко мне не выказывал. Отнеся в дом последние две доски, я вышел на улицу и увидел, как он стоит возле грузовика и смотрит, что еще осталось в кузове - в основном гвозди, всякая всячина и разные железяки.

     - Что дальше? - спросил я.

     - Забыл прихватить изоляционные трубки для проводки, - сказал он, не поворачивая головы. - Ладно, давайте разгрузим остальное. Ящики с гвоздями лучше носить вдвоем. Очень уж они тяжелые.

     Мы вытащили из кузова ящик с гвоздями, взялись за него с двух сторон и внесли в дом. Когда мы подошли к двери, он наконец заговорил:

     - А вы случаем не Марк Деспард?

     - Да, - ответил я.

     - Да нет, быть того не может, - сказал он, когда мы оказались в полумраке дома.

     - Боюсь, все-таки может.

     - Шутите небось.

     - Должен вас огорчить - это чистая правда.

     - Послушайте, да ведь всем известно, что у него длинная борода, к тому же он дюймов на шесть выше вас.

     Мы поставили ящик с гвоздями на пол и отправились за следующим.

     - Говорю же вам, - продолжал он, когда мы взялись за второй ящик, - этого просто не может быть. Уж я-то знаю. Я абсолютно точно знаю, какой из себя Деспард.

     Я улыбнулся. Просто не смог удержаться.

     - Я тоже, - ответил я.

     - Тогда вы должны признать, что вы - не он.

     - Нет, - сказал я. - Все-таки я - это он. С чего вы взяли, что у меня борода и я на шесть дюймов выше?

     - Да кто ж этого не знает? И потом, вы ведь никогда не спускаетесь с горы.

     - А теперь вот спустился.

     - Черт!

     Остальные ящики мы перенесли без разговоров. Мне внезапно пришло в голову, что он может решить, будто я смеюсь над ним. От этой мысли я расстроился.

     - Но если я не похож на Марка Деспарда, почему же вы спросили меня, не он ли я?

     Он ответил не сразу. Только после того как мы отнесли еще один ящик в дом и снова вышли на солнце, он опять заговорил, стараясь не смотреть на меня.

     - Не понимаю, с чего это вы решили мне помочь.

     - Так ведь вам нужно было разгрузить машину, - сказал я.