Я повернулся и пошел дальше. Знакомство с ним вызвало в моей душе какой-то очень хороший отклик, похожий на чистый звон безупречного металла, который раздается, если постучать ногтем по бронзе. Я дошел до джипа, уселся за руль и после минутного размышления поехал к мэрии.

     Но, когда приехал, никого не застал. Даже машинисток за столами не было. Я взглянул на часы и увидел, что еще только начало одиннадцатого. Должно быть, перерыв и все пьют кофе. Я вышел на улицу, снова сел в джип и поехал обратно к летнему дворцу, наслаждаясь солнечным днем, видом зданий и людей, мимо которых проезжал, так, будто весь мир был каким-то чудом, изобретенным лишь вчера и которого я никогда до сих пор не видел.

     Подъехав к летнему дворцу, я увидел, что возле него стоят восемь разных автомобилей. Не успел я вылезти из джипа, как в дверях появился встревоженный Билл.

     - Ну, наконец-то, - вздохнул он. - Мы вас везде ищем. Императрица на марше. Нам только что сообщили.

Глава 26

     Нac ничуть не удивило, когда вертолеты, минуя городок, направились прямо к летнему дворцу. Вертолетов было три, и размером они напоминали те, что раньше обычно перевозили в Нью-Йорке транзитных пассажиров из аэропорта в аэропорт, например из Ла Гардиа в Кеннеди. В каждом из них могло с удобствами разместиться человек по тридцать.

     Мы стояли на площадке для парковки машин и наблюдали за их приближением - нас была чертова дюжина, включая Старика и Порнярска, поскольку больше нам ничего не оставалось. Предупреждения, поступившие чуть раньше из расположенных к западу от нас общин, подтверждали тот факт, что Пола Мирадор. Императрица, приближалась к нам по меньшей мере с пятью сотнями солдат (приблизительно одну треть которых составляли женщины) и с тремя 155-миллиметровыми гаубицами. Очевидно, она прошла через эти общины, лишь ненадолго задерживаясь, чтобы принять их капитуляции и формальное признание ее власти. Все они поступили мудро, не оказывая ей никакого сопротивления, да и мы едва ли могли отважиться на это, даже при том, что мы, вероятно, были самым сильным сообществом в центральной части континента.

     Следуя своему обычному плану ведения кампании, что подтвердили и наши разведчики, она оставила свои основные силы за линией горизонта, держа наготове транспортные самолеты. Гаубицы были загружены в них заранее, с тем чтобы в случае надобности быстро перебросить их поближе и сровнять с землей все наши потенциальные оборонительные сооружения, после чего солдаты могли бы спокойно перебить оставшихся в живых защитников. Да, у нее действительно имелись серьезные военные аргументы.

     Мы не сдавались - пока. Все население нашего городка было эвакуировано, люди оставались только на полудюжине укрепленных позиций между домами с установленными на них пулеметами 50-го калибра. Эти позиции, переживи они артобстрел, могли бы превратить наступление войск Императрицы на разрушенный городок вовсе не в пикник.

     Знала Императрица о наших пулеметах или нет - оставалось вопросом. Очевидно, ей было известно о нас довольно много, но, возможно, она не располагала слишком уж подробными сведениями о нашем вооружении и припасах.

     Большинство же членов нашей общины с личным оружием, достаточным количеством продовольствия и других необходимых припасов, которых по нашим подсчетам должно было хватить по меньшей мере на год, рассеялись в близлежащих холмах под прикрытием небольшого легковооруженного отряда. Императрице вряд ли удалось бы выследить их всех, даже и реши она потратить на это драгоценное время. Помимо этого у нас были три пулеметные точки, оборудованные и замаскированные на склоне между валунами и деревьями, задачей которых было прикрывать летний дворец, и пулеметное гнездо в самом дворце.