«Я смотрю, тут, на Тигоне, сплошь неформалы», – подумал Виталий с неожиданной неприязнью. Нет, уставщину и казенщину он и сам категорически недолюбливал. Но кисточки – как-то чересчур. Ладно еще, когда майор с нашивками неожиданные и – прямо скажем – не слишком удобные вопросы задает. Но когда капитан лет на пять моложе Виталия фамильярничает… Звездочки, небось, только-только обмыл, а туда же!

Наверное, на лице Виталия отразились его мысли, потому что коренастый вдруг подобрался, совершенно по-уставному козырнул и представился:

– Капитан Камарнин, служба биологической адаптации! Впервые на Тигоне?

Что ж, по крайней мере, специальность этого типа Виталий распознал верно.

– А на обеде нельзя было подойти? Как-то на морозе лекции плохо усваиваются, – сказал Виталий по возможности ровно.

Стажер весело зыркнул на Виталия поверх дыхательной маски. «За обедом лекции усваиваются еще хуже!» – явственно читалось в его взгляде. Но вслух он ничего не сказал, заработав виртуальный плюс в карму.

– Да мы и втроем поместимся, – ответил Камарнин, выразительно кивая на глайдер. – Тем более не на ходу. Я быстро, чего тут растекаться…

– Ладно, – вздохнул Виталий и полез в машину.

Стажер вклинился в серединку, биолог – с краю. Он оказался прав, кабина глайдера позволяла уместиться и троим, даже если все облачены в достаточно пухлые термокостюмы. Конечно, это было не ахти как удобно, но в каком-нибудь критическом случае вывезти третьего на такой птичке вполне реально. А если термокостюмы снять – так и четвертый утрамбовался бы.

– Значит, так, – Камарнин деловито вынул планшет. – В биологическом смысле Тигон – довольно унылое место. Из живности в основном микроорганизмы, археи, флагинеллы и всякая звериная мелочь не крупнее земной крысы. Поведенчески опасных для человека существ и растений нет. Патогенные и аллергенные есть, но, если не снимать костюм и маску, – шансов подцепить что-нибудь паскудное никаких. От себя добавлю, что, даже если голыми руками хватать местный стланик и жрать печеных тушканов, – вероятность захворать особо не возрастет. Кроме того, инфекции и прочие подхваченные радости легко выявляются обычным медико-диагностом и без осложнений купируются средствами стандартной аптечки. Иными словами, у умного на Тигоне проблем не предвидится, а дуракам никакой инструктаж не поможет. Из небиологических факторов отмечу наличие трещин и разломов в грунте, они все, как правило, забиты слежавшимся и отвердевшим снегом, так что и тут никаких неожиданностей не маячит. Не сигайте с отвесных скал – останетесь живы. Вопросы будут?

– Будут, – кивнул Виталий. – Как насчет погоды? Бураны, к примеру, случаются? Метель, пурга?

– Ветер да, метель нет – снега на метель не хватит. Если задует, просто летите на базу. Если вдруг по какой-либо причине улететь не получается, якорите глайдер, задраивайтесь и сидите, пока все не утихнет. Кстати, у нас тут принято возить тройной по сравнению со стандартным аварийный паек. Если закончится вода – можете смело набрать снега из ближайшего сугробика или наковырять льда из первой попавшейся трещины. Только как растает – желательно прокипятить. На всякий, как говорится, случай. Да и живность, в принципе, съедобна, я про печеных тушканов не сочинял, было такое. Сам, правда, не пробовал, но есть тут орлы… По свежатине затосковавшие…

– Да у вас тут просто курорт, – усмехнулся Виталий. – Только прохладный. Для белых медведей.

– Так и есть. Если вопросов больше нет, давайте пальчики, и инструктаж окончен.

– А ты с нами разве не полетишь? – удивился Виталий.

– А на хрена? – не меньше удивился майор. – Координаты у вас есть, прогноз спокойный, летите себе, интендантствуйте.