Станислав удивленно глянул на него, но выполнил приказание.

Филоксенит подошел к столику, на котором стоял кувшин с вином, и, наполнив три кубка, предложил нам выпить. Сам он устроился на краю письменного стола.

— За императора, — небрежно произнес он и осушил кубок.

— За императора, — хором повторили мы.

Вино оказалось приятным на вкус.

— Вы будете отчитываться у меня до и после ваших выступлений у императора, — сказал он. — При наличии благосклонности Алексея ваше вознаграждение будет обеспечено. Докладывайте мне обо всех разговорах, и я подслащу это вознаграждение.

— Почему вы решили, что мы любим сладкое? — спросил я.

Он вроде бы удивился.

— Я подумал, что вы полагаетесь на покровителей.

— У нас уже есть один, — ответил я. — Император. С двумя покровителями можно запутаться. Неужели карлики постоянно докладывали вам обо всем?

— Нет, — сказал он. — Но они давно упрочили здесь свое положение. А сейчас их уже нет. И теперь мое влияние является решающим. Не забывайте.

— Тогда, если вы простите мою смелость, позвольте задать вам вопрос.

— Какой же?

— Вы всегда сидите в том месте на ипподроме?

Мой вопрос его озадачил.

— Да, уже много лет. А почему тебя это заинтересовало?

— Я просто не понимаю, почему такой влиятельный человек сидит так далеко от императора.

Его лицо потемнело от гнева, и на мгновение мне показалось, будто он хочет ударить меня. Но он усмирил свои чувства.

— Хороший вопрос, шут. Я изменил свое мнение о твоем остроумии. Течения, омывающие наш город, весьма разнообразны. Порой они так сталкиваются в противоборстве, что даже лучшие лоцманы могут сесть на мель. Сомневаюсь, что я нахожусь нынче в немилости у императора. Но мое место на ипподроме тут совершенно ни при чем. Просто у меня часто возникают вопросы, связанные с финансовыми делами, которые могли бы помешать императору развлекаться во время игр. А я в поте лица тружусь ради его блага. Понятно, шут?

Я вновь поклонился.

— Трудно найти более преданного слугу, господин. И поэтому мне любопытно узнать, почему вы хотите, чтобы я шпионил за ним.

— Меня не столько интересует, что говорит он, сколько то, что говорят ему. Многие дают ему дурные советы. И еще хуже то, что он следует им. Помимо самого императора, я забочусь и о благополучии империи. Откуда ты прибыл сюда?

— Последнее время мы выступали в северных краях. Но в некоторые города мы вовсе не заходили.

— Ты бывал здесь прежде?

— Да, много лет назад мне довелось проезжать через ваш город.

— Но ты наверняка путешествовал тогда под другим именем, — сказал Филоксенит. — Имя Фесте я бы запомнил.

— Вы правы, мой господин.

— Гм. Что ж, вы прибыли в подходящее время. С возрастом Алексей все больше нуждается в развлечениях, и шутовская вакансия слишком долго оставалась свободной. Я желаю вам всего хорошего.

Он открыл дверь и подозвал капитана.

— Проводи их к выходу, — сказал он. — И обеспечь документами для свободного прохода по вечерам. Я полагаю, что представления порой будут затягиваться допоздна.

Мы с Клавдием поклонились и последовали за капитаном.

— О чем он с вами говорил? — спросил Станислав.

— Я полагал, что ему хотелось отстранить тебя от участия в разговоре, — ответил я.

— Отлично.