Видения были настолько реальные, что я даже услышал встревоженный голос Алексии:

— Рома! Что ты хочешь с ним делать?

— Передай отцу… что по-другому было нельзя.

Ты что там задумал, Ромка?! А ну не смей!

Не только мне захотелось сегодня поиграть в героя. Вот только я смог удержаться, а Дубровский нет.

— Да чёрта с два тебе… — пробормотал я себе под нос, усилием мысли вызывая системное меню:

Внимание!

Значение преданности: 1/2

Текущая духовная связь:

Оут Шевченко

Внимание! Вы уверены?

Значение преданности: 2/2

Текущая духовная связь:

Оут Шевченко

Роман Дубровский

Я ещё успел удивиться, что у капитана есть фамилия, а потом в мозг словно вонзили раскаленные спицу, и я увидел.

Увидел, как Роман с Алексией заходили в представительство гильдий. Как поднимались на второй этаж. Как взламывали сейф, на который указал Дубровский.

Увидел крысиное лицо сменщика Бандо. Увидел, как он убирает футляр со стеклянной поверхностью за пазуху. Увидел мелькнувший в футляре ярко-алый кристалл.

Увидел его злую улыбку и прочитал по губам: «Бандо, этот салют в твою честь!»

Так вот почему эта Волна чуть медленней, чуть слабее, чуть размытей, чем та, с которой столкнулся Бруно Громов!

На мгновение захотелось зло расхохотаться.

Чертов гильдиец решил… заработать!

Заработать на наших смертях!

Нутро обожгло такой злостью, что я с трудом удержался от того, чтобы превратиться в Одержимого в обмен на Силу.

В моём личном черном списке под неизвестным Северянином, ворующим детей появилось ещё одно имя:

Гонди. Гонди Точный.

Моё тело работало без помощи могза — я кого-то колол, кого-то бил на удивление крепкой оглоблей. Мой УГ стонал и скрипел, но разваливаться по кускам не спешил.

Каким-то образом я находился и перед заставой, и смотрел глазами Романа.

И видел.

Видел, как истончается топаз в руках Ромки Дубровского и видел, как конструкты замедляют свой ход.

Чувствовал.

Чувствовал, как меня, а точнее Романа переполняет дармовая сила, и ощущал идущее от конструктов замешательство.

Слышал.

Скрип зубов Дубровского — энергии в Накопителе оказалось слишком много для тела четырнадцатилетнего мальчишки, и скрип конструктов, замирающих на месте и… разворачивающихся назад.

Понимал.

Понимал, что ни тело, ни разум Ромы не выдержит, и понимал, что Волна, потеряв свою цель, откатывается обратно в пустыню.

А в следующий момент воедино слилось понимание и облегчение от того, что мы выстояли и… жгучая боль в каждой клеточке тела, накинувшаяся на Рому Дубровского.

Глава 24

На этот раз я четко понимал, что сплю.

Поскольку моя голова лежала на коленях у Рив, а сама девушка гладила меня по волосам. И этим блаженством я наслаждался несколько бесконечно долгих секунд.

С каждым прикосновением Рив, по мне пробегала волна тепла, вымывая ошметки боли. И я дико желал, чтобы этот момент длился вечно!

Но стоило мне расплыться в блаженной улыбке, как этот миг счастья закончился.

По закрытым глазам резанул свет, а голова больно ударилась о… песок. Видимо, Рив, заметив, что я пришел в себя, поднялась на ноги.

Я неохотно приоткрыл глаза, чтобы в следующий момент увидеть, как в меня летит короткий меч. Машинально дернувшись, я уклонился от сверкающей полоски стали и, крутанувшись на месте, оказался на ногах.

В отведенной в сторону левой руке горсть песка, правая сжимает выставленный перед собой клинок.

Рив оценивающе посмотрела на меня и едва заметно одобрительно улыбнулась.