|
Когда Арсений перевел космический сигнал в звуки, настал черед Каспаряна разгадать неведомый язык. Это было совсем не так просто. И если когда-то в XX веке электронно-вычислительная машина расшифровала язык майя за сорок восемь часов, то сейчас Каспаряну, с его знаниями и опытом, с его киберлингвистической машиной, в миллион раз более производительной (по числу попыток в секунду), чем на заре развития кибернетики, понадобилось все же несколько дней. Результат работы был вершиной достижений лингвиста, но Каспарян был мрачен. Лучше бы ему не переводить это послание! "Умоляем вас, мудрые братья Вселенной, спасти подобный вашему мир. Познание природы опередило развитие разума, и массовое уничтожение одних братьев другими неизбежно. Превращение вещества в энергию грозит уничтожением всей жизни. Только вмешательство извне может спасти нас. Примите же этот сигнал бедствия!" Кузнецов схватил Каспаряна за рукав скафандра. Голос его в шлемофоне прозвучал хрипло: - Генрих, признайся! Это был один из языков Земли? Это послано после нашего отлета? Неужели Объединенный мир распался? Лингвист пожал плечами: - Мне неизвестен этот язык, хотя я знаю много земных. - Как же тебе удалось расшифровать так быстро? - Почему? Почему? Да потому, что понять звуковой язык этой передачи куда легче, чем расшифровать на Земле "радиомузыку небесных сфер". - Значит, термоядерная война где-то неизбежна? - Если не хуже, - вставил Арсений, слушавший через наушники беседу друзей. - Очевидно, аннигиляция. Вещество и антивещество... Отчаяние... Человекоподобная цивилизация... - Хоть бы это была не Земля! - вздохнул Кузнецов. - Об этом не тревожься. Как я понял Эоэмма, источник радиоизлучения находится вблизи ядра Галактики. Сигнал оттуда шел сто тысяч лет. В том мире сменились уже тысячи поколений. - Или ни одного, - мрачно заметил Каспарян. - Или ни одного, - согласился Арсений. - Не могу в это поверить! - запротестовал Толя Кузнецов. - Разум не может уничтожить сам себя. - Самоубийство разума противоестественно, как и самоубийство разумного существа, - сказал Арсений. - Но люди иногда кончали с собой. - Патологические случаи, один на сотни тысяч, - вставил Каспарян. - Но и цивилизаций не сотни тысяч. Миллионы и миллионы. Норма обусловлена отклонением от нормы. - Ради одной только этой радиограммы космического бедствия нам стоило сюда слетать, - сказал Кузнецов. |
