Лететь к Мемориалу решили втроем, девушки ни за что не соглашались отпускать Ричи одного. При этом Клода настояла на том, что именно она будет сопровождать молодого человека до самого входа в комплекс, воздвигнутый в память о погибших воинах.

Во-первых, потому, что слишком высока вероятность какой-нибудь провокации со стороны Компании, а она все-таки юрист! Значит, при необходимости может выступить в качестве личного адвоката Ричи Галахера. Или Абрахама Кааса, это как обстоятельства сложатся.

А во-вторых? Да просто Клода часто бывала в комплексе и знала все его входы и выходы. Паоло Коладжери гордился тем, что имена трех его предков золотыми буквами высечены на граните Плиты героев! Он и сыновей водил сюда, но тем это быстро надоело, и они находили десятки причин избежать очередного похода в Мемориал. Клода же, наоборот, с удовольствием сопровождала отца. Помимо унаследованной фамильной гордости в комплекс ее тянула любовь к знаниям. Девушке нравилось зайти в зал и, вызвав тот или иной эпизод из истории развития человечества или своего собственного народа, наблюдать за жизнью голографических персонажей.

Это было просто волшебство – бродить по улицам древних городов, общаться с их жителями, ощущать запах эпохи! Можно было увидеть триумф Цезаря, возвратившегося из похода в Египет, и тут же поплакать над его гибелью от руки Брута. Воочию повидать оргии Калигулы и пиры Валтасара, понаблюдать за отчаянной высадкой десантников Отто Скорцени. Храбрый немец сделал все, чтобы освободить дуче! Хотя и зря старался, все равно потом Муссолини был собственным же народом повешен ногами вверх.

Но больше всего Клода любила эпизоды биографии Джонатана Коладжери. Командир взвода космической пехоты, он практически безоружный, с одним допотопным бластером, сумел проникнуть в лагерь противника и вызволить из плена своих командиров! Тогда еще не было экранопланов, люди летали на неуклюжих, зависимых от законов аэродинамики аппаратах, называемых геликоптерами, или вертолетами. Были, правда, еще и самолеты, но грань между теми и другими постепенно стерлась, к тому времени стали появляться антигравитационные установки, коренным образом менявшие подход к полетам. Трансформация произошла мгновенно. Еще вчера все или летали, или катили, а сегодня никто уже и не мог толком объяснить, почему это человечество сразу не додумалось объединить наземный транспорт и воздушный.

– Джонатан служил в самое интересное время, – поведала Клода своим друзьям, – Космос уже вовсю осваивали, а универсальных челноков еще не было. Вот и приходилось таскать с собой винтокрылые машины и на тех планетах, где это было возможно, передвигаться именно на них. Батальону, в котором служил Коладжери, поставили задачу навести порядок на Тридцать седьмой. Это был типичный дабл, планета с условиями, напоминавшими Землю, а потому и получившая название дабл номер тридцать семь. Или просто – Тридцать седьмая. Ситуация на Тридцать седьмой сложилась непростая. Колонисты, освоившие планету, постепенно вышли из-под контроля Земли и порядком одичали. У них стали появляться феодально-общинные отношения, свои вассалы и сюзерены. Это потом уже ввели службу контроля и наблюдения, а тогда Космос осваивался дикими методами и на все поселения патрулей не хватало. Ходили слухи, что это эмиссары Компании подбивали самых авторитетных колонистов к установлению наследственной власти. Помогая доморощенным царькам наводить новый порядок, всесильная корпорация втягивала узурпаторов в преступную деятельность и тем самым ставила в зависимость от благосклонности руководства Компании. Войскам доказать связь «перерожденцев» с корпорацией не удалось. Вот и пришлось повторно цивилизовать даблы! Некоторые планеты, такие как Восемнадцатая и Двадцать вторая, сдались без боя, на других оказалось достаточно продемонстрировать силу! А вот Одиннадцатая, Тридцать седьмая и Сорок вторая оказали ожесточенное сопротивление.