Валентайн энергично вскочил и… вместо того чтобы следовать принятому решению, неожиданно для самого себя развернулся и ринулся навстречу бегущим. Его словно что-то вело, что-то толкало поступать вопреки здравому смыслу.

Оскалившись, забыв, что закон запрещает андроидам наносить повреждения и травмы людям, Эдгар Валентайн превратился в живую торпеду. Отшвыривая, сбивая с ног всех, кто попадался ему на пути, багор кулаками, локтями, коленями пробивал себе дорогу вперед. Туда, где, он знал, находится ньютаунец! Или куда тот стремится!

Теперь, если бы кто-то додумался посмотреть на происходящее сверху, темнокожий багор стал еще больше напоминать морской снаряд. Рассекая накатывающие на него людские волны, Валентайн целеустремленно продвигался к цели. Это было тяжело – в таких условиях оставаться на месте уже подвиг, – андроид же еще умудрялся идти вперед! Медленно, слишком медленно, как он считал, но все же шел и шел! При этом Эдгар понимал, что те, кого он бросал под ноги себе и несущимся навстречу, наверняка будут затоптаны, но теперь его это мало беспокоило. В нем что-то изменилось. Что именно – он и сам не понимал! Кажется, и программу никто не менял, он как был, так и оставался агентом Бюро, а вот на тебе, в один миг все то, чем Валентайн занимался раньше, стало ему неинтересным и далеким. Появилось дело намного более важное, чем все прежние, и исполнить которое Валентайн обязан, чего бы это ему ни стоило. Он должен уничтожить Ричи Галахера!

Джани Сайрос, как и все, кто оказался в этот час у Мемориала, так и не поняла, что произошло и что заставило ее рвануть ручку джойстика на себя. На какой-то период девушка потеряла контроль и над собой, и над временем. К счастью для нее, рефлексы оказались более послушными, чем сознание, и Джани удалось вонзиться в небо так, чтобы на этот раз не устроить массового завала.

Возврат в реальность произошел настолько неожиданно, что Джани вздрогнула. И тут же ее захлестнула волна ужаса. Но не того, не панического, что гнал толпу внизу. Этот ужас был другого происхождения, ужас оттого, что она бросила своих друзей!

Ричи и Клода, они же так нуждаются в ее помощи! А она? Господи, что же она делает? Почему сломя голову несется прочь в тот момент, когда друзья попали в беду? Что вообще происходит?

Джани действовала быстрее, чем успела принять решение. Рука сама остановила набор высоты и развернула машину к комплексу Мемориала. Взгляд девушки сновал от одной группы бегущих людей к другой. Толпа – Джани даже не подозревала, что здесь может оказаться столько людей, и определить их количество было проще всего именно этим словом – разделилась на три основных и множество мелких потоков. Первая, не самая большая часть посетителей бежала к остановке общественного транспорта. Такая же лавина накатывала на стоянку индивидуальных экранопланов. А вот третья, самая многочисленная группа протаптывала дорогу туда, где вообще ничего привлекательного для них не было. Лесополоса, окружающая город, никак не могла служить защитой от страха, наоборот, для городского жителя густые заросли всегда представляли нечто опасное и внушающее тревогу. Но, видимо, на этот раз один страх пересилил другой – нашлось что-то еще более ужасное и страшное, ломающее все прежние комплексы.

Неожиданно Джани обратила внимание, что охваченные паникой люди в своем безумии все же придерживаются определенного порядка, и то, что они рассыпались во все стороны, казалось только на первый взгляд. А на деле оставался один сектор, градусов в шестьдесят, где абсолютно никого не было! Наоборот, Джани даже показалось, что посетителям Мемориала в первую очередь хотелось покинуть именно эту зону. Несчастные будто невольно локализировали направление источника своего ужаса и теперь точно знали, от какого места хотят держаться как можно дальше.