– В ночь святой Сесии они настояли на том, чтобы у них был выходной и они могли распоряжаться экипажами по своему усмотрению, – добавила Элали.

– Они очень крепкие ребята, и саквояжники боятся с ними ссориться. Они знают, что кучера их ненавидят. Домашние слуги всегда были самыми снобистскими созданиями на земле.

– Конечно, эти домашние слуги – такие же чарльстонцы, как и мы, – радостно сказала Элали, – вот почему они заботятся о светском Сезоне. – Янки хотят переделать все на свой лад. Но Сезон по-прежнему наш.

– И это наша гордость, – завершила Полина.

«Со своей гордостью за пенни они бы могли доехать, куда захотят», – угрюмо подумала Скарлетт. Но она была благодарна тетушкам за то, что они хотя бы не стали распространяться по поводу слуг, которые обслуживали их за столом. Она почти не тронула завтрак, освобождая слуг от забот с одной целью, чтобы Элали доела как можно быстрее.

Она была приятно удивлена, встретив в доме Батлеров Анну Хэмптон после многочасового общения с тетушками.

Анна и вдова были обставлены горшками с камелиями, которые прислали с плантации. Здесь же был и Ретт.

– О, посмотрите! – воскликнула Анна. – Это Рейн де Флер.

– И Рубра Плена! – худощавая пожилая вдова сжимала в руке дрожащий красный цветок. – Такие у меня обычно стоят на фортепиано.

Анна бросила взгляд.

– У нас тоже, мисс Хэрриэт, а Альба Плена у нас стоит на чайном столике.

– Моя Альба Плена, к сожалению, совсем не растет, – сказал Ретт, – почки не распускаются.

– Вы не увидите цветов до января мистер Батлер, – объяснила Анна. – Альба поздно цветет.

На лице Ретта появилась шутливая гримаса.

– Да уж я ничего не смыслю в садоводстве.

«Кошмар! – подумала Скарлетт. – Мне кажется, скоро они заговорят о том, что лучше, коровьи лепешки или конские шарики как удобрение. И такие бабские разговоры ведет Ретт!» Она уселась спиной ко всем в кресло, где Элеонора Батлер обычно плетет кружева.

– Этот кусочек кружева очень бы пошел на воротник к твоему бордовому платью, когда его нужно будет обновить, это можно сделать. Как раз в середине Сезона. Всегда хорошо иметь что-то новенькое. Я скоро закончу.

– О, мисс Элеонора, вы всегда такая добрая и находчивая. Мне всегда плохо, когда я ухожу от вас. Я так рада, что вы такие близкие подружки с тетушкой Элали. Она совсем на вас не похожа. Она все время кряхтит и сплетничает с тетушкой Полиной.

Элеонора положила кружева.

– Скарлетт, ты меня удивляешь. Конечно, Элали моя подруга, почти как сестра. Ты разве не знаешь, что она почти жена моего младшего брата? – доверительно сказала она.

У Скарлетт отвис подбородок.

– Я не могу представить человека, который бы хотел жениться на тетушке Элали, – пооткровенничала Скарлетт.

– Но, дорогая, она была очень милой девушкой, просто прелестью. После того как Полина вышла замуж за Кэри Смита, она приехала ее навестить, да так и осталась в Чарльстоне. Дом, в котором они живут, принадлежал Смиту. Мой брат Кэмпер разбился. Все думали, что они поженятся. Но он упал с лошади и умер. С тех пор Элали считает себя вдовой…

Влюбленная тетушка Элали! Скарлетт не могла себе представить.

– Я думала, ты знаешь. Вы ведь одна семья.

«Но у меня нет никакой семьи, – подумала Скарлетт. – Все, кто у меня есть, – это Сыолин и Кэррин». И она почувствовала себя такой одинокой среди таких благодушных людей, с которыми она так мило беседовала и которые ей так мило улыбались.