«Наведаться бы домой, в Россию… — с тоской думал он. — Снег, березки, банька, твою мать, как же я соскучился по всему этому. Задолбала сраная жара. И похер на коммунистов, они всяко разно лучше, чем те, которые продали страну в девяностые…»

— Твою мать! — вдруг в голос выругался Тимофей.

Он вспомнил по отца и мать. Быстро прикинул, сколько им сейчас лет и еще раз выругался. Выходило, что всего по двадцать два года. И именно сейчас они… находились совсем рядом. В Замбии, в этнографической экспедиции от Академии наук Советского Союза.

Тимофей это совершенно точно помнил по рассказам отца.

«Все правильно… — думал Тим. — Я поздний ребенок, родился когда предкам было по сорок с хорошим хвостиком. А всю молодость они проторчали в этой сраной Африке, в Замбии и Мозамбике. Рядышком, рукой подать. В таком молодом возрасте попасть за границу по научной части в Советском Союзе было очень трудно, но сработали связи прадеда, академика. Твою же мать, даже не по себе как-то. А если встретиться? К тому же, отец не скрывал, что все это время они не только изучали африканцев, но и тесно сотрудничали с конторой, комитетом глубинного бурения. А если через них попробовать помирить Родезию с Советским Союзом? Вернее, найти выходы на людей, которые могут принимать решения?..»

Тимофей постоянно размышлял на тему, как помочь своей новой Родине. И постоянно выходило, что Родезия может выжить, только если найдет общий язык с Советами. Не надо резко менять строй, не надо колхозов и массового, коллективного изучения собрания сочинения дедушки Ленина. Достаточно просто сменить внешнеполитический политический курс. Набрать побольше чернокожих представителей в правительство, возможно, даже поставить премьером какого-нибудь ручного негра и все. А сраные бритты, как только поймут, что окончательно упустили бывшую колонию из рук, не станут в открытую связываться с советскими. Все-таки Советский Союз это не современная Россия. И плевать на санкции с эмбарго. Страны соцлагеря поставят все что нужно. И террористы сразу угомонятся. Вот только как уговорить Смита? Хрен он и его братва из правительства согласятся. Вот это главная проблема.

Неожиданно из зарослей впереди высунулась массивная башка с огромным рогом на носу.

— Мамочка! — ахнул Иисус и ударил по газам. Тимофей не успел даже испугаться.

«Козлик» звонко рыкнул движком и рванул вперед.

Носорог глухо хрюкнул и с треском вылетел наперерез. Его башка разминулась с задним крылом газика всего на миллиметры.

— Пихуй!!! — Бурбон свирепо заорал, встал на задние лапы и уже было собрался кинуться на врага, но Тим вовремя поймал его за петлю на разгрузке.

Еще несколько секунд гигантская туша гналась за машиной, но потом отстала и гневно сопя убралась опять в заросли.

Тим облегченно выматерился и выбросил из головы дурные мысли по политическому прогрессорству.

Через десяток километров Сема снова вырулил на дорогу возле реки. Вскоре показался величественный водопад Виктория, на фоне которого мост смотрелся каким-то игрушечным, сотканным из кружевной паутинки.

Вскоре проехали полупустой городок. Здания зияли пустыми проемами окон, с крыши железнодорожного вокзала растащили покрытие, улицы покрывал мусор. Город выглядел так, словно цивилизация внезапно исчезла.

— Не умеют пока сами, — пожаловался Сема.