— Не умеют пока сами, — пожаловался Сема. — Когда белые ушли, все рухнуло. Сейчас русские учат заново, но… — он махнул рукой. — Слишком добрые. А надо бить! — он сплюнул.

Городок проехали благополучно, правда, за машиной долго бежали детишки, выпрашивая хоть что-нибудь.

Глухой рокот водопада стал сильней.

За милю до пограничного перехода машина остановилась на обочине.

— Пора переодеваться, бвана, — скомандовал Иисус. — И надо спрятать оружие.

— Чем ты хочешь заниматься в Родезии? — Тим стянул с себя разгрузку.

— Чем? — чернокожий растерялся. — Ну… бвана… работать, конечно. Может открыть свой маленький гараж. Или такси. У вас там же люди могут все что захотят? А ты мне поможешь, бвана? Я отработаю, обещаю. Главное выбраться, а там уже посмотрим.

Тимофей молча кивнул и быстро переоделся. Снаряжение и оружие распихал под сидения. Себе оставил только «Кольт», засунув его за брючный пояс, и положил рядом с собой гранату.

Бубон недоуменно наблюдал за Тимом, но вопросы не задавал. Тимофей ухмыльнулся и вдобавок снял разгрузку с медоеда. Тот обиделся и забился под сиденье.

Иисус сложил добро в джутовый мешок и пошел к посту.

— Твою мать… — Тимофей подавил в себе желание убраться в заросли, покрутил головой и неожиданно увидел впереди, бредущих по дороге белую девочку лет тринадцати возрастом и маленькую старушку с палочкой. Девочка поддерживала пожилую женщину под руку. Все покрытые пылью, уставшие, едва передвигающие ноги, они выглядели совершенно чужеродно в этом месте.

Старуха безостановочно зло бубнила надтреснутым голосом:

— Проклятые черные, проклятые черные, проклятые черные…

Тим вышел им навстречу и поинтересовался:

— Что с вами случилось? Я могу вам помочь?

— Он не черный! — прохрипела старуха, ткнув в Тимофея палкой.

Девочка присела в книксене и быстро заговорила.

— Я Аманда Джонс, это моя бабушка миссис Аделаида Джонс. Мы… — она всхлипнула. — Мы из Лусаки. Пытались перейти в Родезию. Там нас ждет мой дядя… — Аманда запнулась и быстро вытерла слезы.

— Проклятые черные! — выкрикнула ее бабушка. — Проклятые!

— Отца арестовали… — тихо продолжила девушка. — И он пропал. Он был инженером, никому ничего плохого не сделал, но его арестовали. Мама умерла, когда я была совсем маленькая. Перед арестом папа приказал нам выбираться в Родезию. Мы его долго ждали, а потом поехали. Машину вела я. По пути нас два раза ограбили, но мы доехали сюда… а здесь… здесь… — она снова замолчала.

Тим спохватился и отвел новых знакомых в машину, а там предложил еды и воды. Несмотря на то, что бабушка и ее внучка были сильно голодные, они пили и ели очень сдержано.

— А здесь… — тихо рассказывала Аманда, прихлебывая маленькими глоточками воду из кружки. — У нас на таможне отобрали все деньги и документы. И машину. Побили и прогнали… — она виновато пожала плечами. — Лаки, мою овчарку, пристрелили. Она пыталась защитить нас. Из-за бабушки, она уже ничего не понимает, твердит только одно…

— Проклятые черные! — прокомментировала миссис Джонс и погладила по морде Бурбона. — Хорошая собачка!

— Мы теперь не знаем что делать, — вздохнула Аманда. — У нас ничего нет.