Найл кивнул.

– У меня в первый раз было точно так же. Но ты научишься этим наслаждаться. Со временем.

– Ты очень хорошо справился, Алекс. – Несмотря на похвалу, в голосе миссис Ротман звучало сомнение. – Должна сказать, твой смелый побег просто поразил меня. Я видела его в новостях и просто глазам не поверила. Но ты прошёл испытание. Ты действительно один из нас.

– И что теперь? Вы отвезёте меня обратно в Венецию?

– Пока нет.

Миссис Ротман задумалась, и Алекс понял, что она уже приняла решение.

– Мы находимся на важнейшем этапе одной операции, – призналась она. – Тебе будет интересно увидеть её кульминацию – она очень эффектная. Что скажешь?

Алекс пожал плечами. Не надо показывать слишком много энтузиазма.

– Не возражаю, – сказал он.

– Ты встречался с доктором Либерманом. Ты был на фабрике «Консанто», когда наш дорогой Найл с ним покончил. Полагаю, будет очень правильно, если ты увидишь плоды его трудов. – Она снова улыбнулась. – Я хочу, чтобы ты был со мной, когда всё закончится.

Чтобы увидеть, как я умираю, подумал Алекс.

– Я тоже хочу быть с вами, – ответил он.

А потом она нахмурилась, а улыбка исчезла с лица.

– Но, боюсь, для начала тебя придётся обыскать, – сказала она. – Я, конечно, доверяю тебе. Но, когда ты ещё поработаешь со Скорпией, ты поймёшь, что мы не оставляем ничего на волю случая. Ты побывал в плену у МИ-6. Вполне возможно, они что-то тебе незаметно подсунули. Так что прежде чем мы уйдём отсюда, пожалуйста, сходи в ванную комнату вместе с Найлом. Он тщательно тебя обыщет. А ещё мы дадим тебе новую смену одежды. Ты должен снять вообще всё, что есть на тебе, Алекс. Да, ситуация немного неловкая, но, надеюсь, ты поймёшь.

– Мне нечего скрывать, – ответил Алекс, но невольно провёл языком по брекету. Он был уверен, что миссис Ротман его увидит.

– Конечно, нечего. Я просто проявляю осторожность.

– Пойдём. – Найл показал большим пальцем на дверь ванной. Его, похоже, происходящее забавляло.

Через двадцать минут Алекс и Найл спустились на первый этаж. Алекс был одет в мешковатые джинсы и рубашку с круглым воротником. Найл принёс всю одежду с собой – в том числе свежие носки, обувь и трусы. Миссис Джонс была права. Возьми он с собой хоть пенни, Найл бы его нашёл. Он очень тщательно обыскал Алекса.

Но вот брекеты Найл не заметил. Он не стал заглядывать Алексу в рот.

– Ну? – спросила миссис Ротман. Она уже очень торопилась.

– Всё чисто, – ответил Найл.

– Хорошо. Тогда едем.

В углу коридора, вымощенного чёрной и белой плиткой, стояли большие напольные часы с маятником. Когда Алекс шагнул к двери, они пробили два часа.

– Уже столько времени? – спросила миссис Ротман, потом протянула руку и потрепала Алекса по щеке. – Тебе осталось всего два часа, Алекс.

– Два часа до чего? – спросил он.

– Через два часа ты всё узнаешь.

Она открыла дверь.

На улице их уже ждала машина. Она направлялась на юг. Они проехали Олдвич, потом мост Ватерлоо, и на мгновение Алекс увидел один из самых картинных видов Лондона: здание Парламента, Биг-Бен и Лондонский глаз на другом берегу. Как всё будет выглядеть через два часа? Алекс попытался представить себе Лондон, заполненный полицейскими машинами и каретами скорой помощи, изумлённые толпы зевак, маленькие тела на тротуарах. Словно началась новая мировая война – но без единого выстрела.

Они пересекли Темзу и направились на восток через район Ватерлоо.