Когда утром Лео заглянула в командный центр, Ву там уже не было. Зато она застала Райли. Периодически повышая голос, он вел переговоры с обсерваториями. Лео не стала мешать, пошла в камбуз. Там, у кофемашины, стояла Ольга. Вид у нее был уставший, будто неделю мешки с цементом на себе таскала. Лицо – зареванное и опухшее.

– Жалеешь себя? – едко поинтересовалась Лео.

В глубине души она понимала, что поступает неправильно, но ничего не могла с собой поделать. На ком-то надо было выместить всю злость и обиду за произошедшее. И Ольга на роль жертвы подходила как никто другой.

– Жалею, – между тем ответила Ольга.

Помолчала. Потом тяжело продолжила:

– Мне ведь с этим жить.

– Вот именно, – фыркнула Лео. – Тебе всего лишь жить. Просыпаться по утрам, заниматься своей наукой, любить, дружить. А он, возможно, уже погиб, нет его. И жить он с этим не будет!

Губы Ольги задрожали. Она пыталась сдержаться, но слезы не заставили себя долго ждать.

– Ты так и не можешь его найти? – спросила она, принимая упрек и никак не пытаясь защищаться.

– Не могу.

Воинственность Лео сдулась. Вчера перед сном, сегодня с утра, да и почти каждую минуту она пыталась найти Алексея – тянулась через пространство, искала, надеялась. Но ответа все не было.

– Прости меня, – одними губами произнесла Ольга. – Я сама себя никогда не прощу, но ты… ты прости, пожалуйста.

– Зачем? Живи теперь с этим.

Забыв, что хотела в камбузе, Лео развернулась на пятках и вышла. Им всем теперь с этим жить, но ей хотя бы есть кого винить. А Ольге и Райли остается злиться только на себя.

Ву вернулся в командный центр ближе к обеду. Собранный и серьезный. В комнате уже находились Райли с Ольгой и старательно дистанцировавшаяся от них Лео. Она сидела здесь в надежде услышать сигнал о том, что корабль найден. Место выбрала так, чтобы все, кто находится в комнате, были у нее за спиной. Но когда услышала шаги, взгляд на пришедшего бросила.

– Знаете что, – заявил Ву с порога, – думаю, я могу ограничить область вероятного расположения точки выхода корабля. Зацепившись за то, что корабль начал смещаться назад, предположил, что при движении в разрывах пространство ведет себя как упругая среда. Исходя из этого, набросал модель, и результаты первых двух экспериментов неплохо в нее уложились. Конечно, без ясного понимания физики происходящего. С одной стороны, это как тыкать пальцем в небо. Но с другой – хоть какая-то гипотеза, подтверждаемая имеющимися данными.

– Что будешь использовать для расчетов? – поднялся со своего места Райли. Ольга подскочила к Ву с планшетом.

Лео тоже привстала, но близко не подошла.

– Данные с прошлых экспериментов для уточнения модели. Расстояние между точками входа и выхода. Влияние гравитации Солнца, Сатурна и спутников введу как возмущения. Грубо говоря, попробую по результатам прошлых экспериментов вывести условную «силу», с которой корабль был отправлен в разрыв. Предположим самое простое, что величина его отскока – возрастающая функция, зависящая от этой «силы». Конечно, это упрощение и нет никакой гарантии, что все обстоит именно так. Но предварительные результаты обнадеживающие. Давайте обсчитаем, посмотрим, что получится. В общем, ждите.

С расчетами Ву провозился почти двадцать часов. Лаборатория успела прибыть на базу около Сатурна. Команда выгрузилась, все разбрелись по своим комнатам – кто в душ, кто переодеться, кто просто вытянуть ноги и подремать. Но уже меньше чем через час начали стягиваться в комнату рядом с ангаром, где стояли основные компьютеры.