Распад уперся и отказывался приходить. Я тупо смотрел на отвертку в своих руках. И все искал, искал зарождающееся внутри изменение. Ольга молчала, никак не выказывая нетерпения. И когда я уже почти сдался, распад пришел. Поднимаясь откуда-то из глубины, он захлестнул меня, заставил задохнуться и разлететься. Еще как-то владея собой, я отбросил отвертку и принял его. Только где-то на периферии сознания пульсировала мысль, что нельзя уходить надолго. Нельзя пугать Ольгу. Нельзя…

Я собрался. Вздохнул. Фонил.

Отвертка валялась около стенки. Тот конец, за который я ее держал, был испорчен. Я бы сказал – оплавлен, хоть и нечем его было оплавлять. Просто разрушен, каким-то странным образом. А у меня на пальце красовалась рваная, набухшая кровью царапина.

– Стой, не трогай! – Ольга остановила мою попытку поднять отвертку. – Я сама.

Она достала откуда-то медицинский комплект. Такие обычно в аптечках на кораблях лежат: кровоостанавливающие салфетки, клей, рассасывающийся пластырь, бинты. Взяла мою руку. Я ойкнул, когда Ольга приложила салфетку к пальцу.

– Держи пока так.

Вооружившись диагностом и еще каким-то приборчиком, Ольга склонилась над отверткой. Долго изучала параметры, выдаваемые приборами на планшет. Потом выпрямилась.

– Слушай, Лёх, а здесь есть пустое помещение побольше?

– Ты хуже Боровского, – вырвалось у меня. – Объясни уже, чего ты хочешь.

– С разрывами пространства проводилось много экспериментов. Вы тащили через них предметы, толкали в них предметы, теряли их там и так далее. Но, изучив работу с разрывами вдоль и поперек, в исследовании распадов остановились на том, что немного научились их контролировать. Ваш распад и возможность ходить через разрывы, судя по всему, связаны. Непонятно, что в этой связке первично, что вторично. Возможно, что-то одно порождает другое, а может быть, и распад, и ваши способности порождаются чем-то третьим, чего мы еще не обнаружили. Давай сделаем следующий шаг – попробуем использовать и распад.

– Тебе не кажется, что это не вовремя, Оль? Мы тут не просто развлекаемся, у нас есть конкретная задача.

– Да, Лёх. – Она смотрела мне прямо в глаза. – Именно так.

Я ничего не понял, но дальше спорить не стал.

Ольга снова взяла меня за руку, сняла повязку, достала клей и аккуратно капнула на царапину. Наклонившись, подула, подсушивая клей. И в этот момент к нам заглянула Лео.

– Вот вы где, – начала она весело, но с каждым звуком голос становился все холоднее. – Хотела узнать, чем заняты.

– Палец порезал, – вытянул я руку.

– Пластырь, наверное, не надо. – Ольга протянула Лео аптечку.

– Ясно, – холодно кивнула Лео, пряча руки за спину. – Хотела предупредить, что мы с Райли полетим к Сатурну, на центральную базу. Нужно забрать оборудование для Ву. Я вернусь завтра вечером.

Ольга бросила взгляд на браслет своего коммуникатора.

– Ребята, я вас оставлю. Меня зовет Ву.

Быстро сложив планшет и приборы в сумку, она махнула нам рукой и скрылась за дверью.

– Неужели ты ревнуешь? – Я, едва сдерживая смех, провел пальцем по нахмуренным бровям Лео.

– Нет! – недовольно отстранилась она. – Но…

– Ревнуешь! – Я наклонился и поцеловал ее. – Даже не представляешь, как это приятно. Считай, я отомстил тебе за друга детства Шарля.

Лео фыркнула и отвесила мне шуточный подзатыльник.

С опозданием я поймал ее за руку, а другой – за талию и притянул к себе. Затем поцеловал еще раз. Она ответила сначала сухо, неохотно.