– Хорошо, сын, – спокойно ответил он, – найди нектар и принеси его мне, и тогда ты займешь место рядом со мной. Это твой шанс наконец проявить себя. Если не справишься… – сказал Иштван прежде, чем исчезнуть в темноте.

От напряжения у Кейдена дернулся нерв на челюсти. Прежде чем уйти, он бросил на меня взгляд.

Что, черт возьми, произошло? Почему он не впутал в это меня? Не сказал, что нектар у меня? Почему защитил меня, когда все последнее время повторял, что я предатель? И то, что ненавидел меня?

Я больше не могла мыслить из-за всех тех травм, полученных за последний час. Вокруг царила суматоха. Я видела, как Андрис вопил и отбивался, когда его потащили от тела Лин. Солдат поднял обмякшую Кек, Лукаса тащили следом. На периферии я приметила, как взревел Уорик, эта вибрация отдалась внутри скрипичной струной.

Солдаты волокли меня прочь, а я смотрела на свои вещи, валяющиеся в куче.

Два самых могущественных артефакта в мире – книга фейри и нектар – оказались в куче мусора.

* * *

Пятеро охранников с суперспособностями вытолкнули меня на улицу, больно ухватили меня за одежду, оставляя синяки на моей и без того обожженной и порезанной коже. Я открыла глаза еще шире. Вне поля моего зрения, прямо на площади, было припарковано шесть военных грузовиков, внутри сидели те, кто остался от армии Саркиса.

Сзади на бампере одного из грузовиков сидел капитан Кобак, он раздавал приказы о том, куда разместить заключенных.

Меня не удивило присутствие Кобака. И шесть военных грузовиков. У Иштвана в арсенале имелись три довоенных машины, которые модернизировали, чтобы приспособить их работать в настоящих условиях, но они все равно постоянно ломались. Эти же были созданы фейри… и эту модель я уже видела раньше.

Когда мы с Уориком сбегали от Киллиана.

– Bazdmeg, – пробормотала я себе под нос.

Мне стало дурно, когда я поняла, насколько точными оказались планы Иштвана по свержению повелителя фейри. Эти грузовики – из дворца Киллиана. Возможно, Иштван уже захватил дворец. Фейри не потерпели бы подобного. Иштван мог бы сразиться с десятками, но не с сотнями тысяч в этой стране. Он должен был хотя бы показывать видимость того, что фейри все еще правят, пока сам Иштван набирает силу.

– Ковач? – прогремел голос Уорика, и я повернула голову.

– Уорик! – крикнула я, отчаянно пытаясь отыскать его взглядом в толпе.

Я не могла его видеть, но знала, что он там. Даже без связи я чувствовала его. А он пытался обнаружить меня.

– Нет! – закричал Кобак, он смотрел туда, откуда звал меня Уорик. – Он поедет здесь. – Кобак указал на пятый грузовик. – Генерал приказал держать подальше друг от друга этих двоих.

Солдаты сильнее схватили меня – мне стало больно – и толкнули к третьей машине. Я ударилась коленями о металл, пока меня запихивали в грузовик.

– Отойди! – приказал охранник, пихая внутрь остальных, другой солдат подошел и приковал нас цепями к сиденью. Некоторые отреагировали на прикосновения металла к коже и почти вырубились.

Наши враги использовали железо.

Чистокровные фейри и полукровки теряли силу из-за железа. Чем чистокровнее фейри, тем больнее для него. Для Киллиана это стало пыткой.

– Даже не помышляйте о бегстве, – рявкнул охранник нам, – железные цепи выкованы гоблинами.

Все мы оказались в ужасном положении.

Мое сердце бешено билось, адреналин пробивал меня насквозь. Что, черт возьми, происходило? Куда они нас везли?

Рози бросили на сиденье напротив меня, на ее лице отражался леденящий страх. Ее обнаженное и раненое тело едва было прикрыто остатками одежды из-за взрыва.