– Нет. Нет. Нет, – повторяла я снова и снова нараспев.

Адреналин подскочил во мне, сердце билось о ребра, желая вырваться отсюда, пока не стало слишком поздно. У меня подкосились ноги, и я не смогла сдержать слезы, катящиеся по лицу. Голова кружилась так сильно, на меня грозил обрушиться приступ паники.

Потому что я понимала, куда нас ведут.

Я там была.

Уже проходила через это. И поклялась больше туда не возвращаться.

Я бы предпочла смерть этому.

В конце туннеля нас ожидал коренастый мужчина. Увидев его, земля ушла из-под моих ног, отчего я ухватилась за стену, пытаясь удержаться. На его покрытых шрамами губах появилась мстительная усмешка.

«Нет. – Я покачала головой, смех мужчины отразился от стен. – Этого не может быть. В этом нет смысла».

Но он стоял здесь…

Бойд.

Охранник из Халалхаза, который мучил и пытал меня. Охранник-фейри, служащий Киллиану.

– Смотрите, кто вернулся, – гнусаво произнес Бойд, от него исходило самодовольство, – я надеялся, что мы вновь встретимся.

Тошнота подступила к моему горлу, темнота застилала глаза. Из-за криков и воплей из клеток внизу по спине побежали мурашки.

«Только не снова. Этого не может быть на самом деле».

– Добро пожаловать, рыбы. – Бойд вытянул руки. – В новую и улучшенную тюрьму. Вход есть, выхода нет.

«Думаешь, что смогла выжить, – вспомнила я слова Киллиана, – из новой тюрьмы не сбежать. Гарантирую это».

– Верхаза. – Бойд махнул внутрь. – Дом Крови.

Глава 22

Я покачнулась, кислород не достигал легких.

Смерть была бы милосердием.

Я снова попала в кошмар, из которого едва выбралась в прошлый раз. И если бы не жизни Элизы и Саймона, то Уорик убил бы меня в тот вечер на арене.

Ужасно пройти через такое один раз – система, намеренно убивающая всех. Я понимала, что снова пережить это не смогу, сломаюсь.

Знала, что меня окружает – камень, железо, металл гоблинов и грязные стены. И все это душило меня. Я просто не могла с этим смириться. Я находилась на грани здравомыслия и безумия. Инстинкт самосохранения, укоренившийся внутри, когда страх берет верх и больше нет сил бороться. Паника, скрежещущая по костям, выворачивающая наизнанку и распространяющаяся по венам ядом.

– Идите сюда, рыбы! – усмехнулся Бойд, жестом приглашая нас в наш новый дом. Тюрьма оказалась похожа на Халалхаз, но была больше, современнее и технологичнее. Не квадратные, а круглые уровни с мотами, окружающие камеры. Посредине стояла сторожевая вышка, тянувшаяся от потолка до земли. Через каждые пять этажей находился пост охраны, так они могли следить за заключенными. Двери на камерах казались более внушительными. Решетки оказались очень толстыми.

Круглый уровень тянулся в квартал в длину, вмещая тысячу камер, – всего примерно тридцать этажей. Шум, отражающийся от клеток, был пыткой, не дающей покоя, пронизывающей насквозь.

Проходы вели в общие ванные, столовую и рабочие комнаты. Может, и модернизированная тюрьма, но по сути то же самое. Место, куда приходят умирать.

Громкий стук сапог говорил о том, что группу заключенных ведут в камеры. Лица исказились ужасом. У них были мокрые волосы, в руках они держали одеяла и туалетные принадлежности. Они оделись уже в выданную форму. По нижнему уровню ходили фигуры в серой, желтой, синей и красной тюремной робе.

Это место уже было подготовлено, и ранее оно работало.