– Вернее, достойный сожаления. По крайней мере, для благородного лорда. Похороны были скромными до скрытности. Я думаю, лорд предпочел бы, чтобы она погибла от несчастного случая на охоте. Это было бы в духе аристократических традиций – и никакого скандала.

– А разве будет скандал?

– Не думаю. Пристрастие леди Оливии к бутылке не было секретом для Флит-стрит. Отдельные репортеры еще сшивались вокруг загородного дома Коклана день-другой, но... – Мэйхью пожал плечами.

– Потом их спровадили, – закончил за него Дикон.

– Скорее, откупились. Или кто-то шепнул пару слов на ухо владельцу газеты в одном из лучших клубов Пэлл-Мэлл. Вот так все устроено в нашей чертовой стране. Кивнуть кому надо в «Атенеуме», подмигнуть в другом месте – и решение Уайтхоллготово. Кстати, охранники банка чисты как свежевыпавший снег.

– Ты в этом уверен?

– Да, они – бывшие полицейские.

– Вот тебе раз!

– Да нет, – рассмеялся Мэйхью, – просто это немного упростило проверку.

– Пара кивков в местном пабе? – предположил Дикон.

– И ставка у ближайшего букмекера. Да... Мне не совсем ясно, что ты хочешь узнать о них. – Мэйхью смотрел, как справа от него женщины выкладывались в гребле. Тело сжато в пружину, колени подтянуты к подбородку, пока лопасти касаются воды; потом ноги выпрямляются и торс отклоняется назад. Все происходит синхронно, даже стон, который раздается, когда весла входят в воду. – Что ты ищешь?

– Я задался вопросом: может быть, кто-нибудь из них умеет больше, чем хочет показать?

– Это не много мне говорит.

– Это только предположение...

– Или ты боишься показаться глупым, или мы действительно пробираемся ощупью в темноте.

– Я имею в виду программирование, – сказал Дикон, помолчав.

– Что-что? – Мэйхью громко рассмеялся. – Это же бывшие полицейские, Джон. У них расколется голова, если они попытаются рассчитать четырехсильный аккумулятор.

– Именно это я и хотел от тебя услышать.

– Ну, хватит. – Они дошли до деревянной скамьи, с которой открывался вид на реку. Мэйхью плюхнулся на нее и развернул пакет: в нем лежал бутерброд с колбасой. Сложив внутрь намазанные маслом ломти белого хлеба, он начал есть. – Так в чем там дело? Промышленный шпионаж? Кто-нибудь пытается надуть банк?

– Я не уверен, но похоже на то.

– И обнаружила это Лаура Скотт.

– Наткнулась случайно, – соврал Дикон.

– Тогда это может и не иметь отношения к смерти Кэйт Лоример. – Мэйхью говорил с набитым ртом, и слова были неразборчивы.

– Все очень неопределенно.

– Особенно если рассказывать об этом так, как это делаешь ты. Мимо них по дорожке промчался трусцой бегун, поднимая пятками облачка пыли, какие рисуют в мультфильмах, чтобы показать скорость. Мэйхью хмыкнул.

– Он же расплавится. – Потом повернулся спиной к реке, продолжая жевать. Женщины подняли весла и теперь отдыхали, упав головами на руки, вытянув усталые спины.

Дикон думал о том, как заставить Мэйхью поверить себе, не посвящая его во все детали. Он сказал:

– Держу пари, что дело нечисто. Но в этом ты Прав – даже если в банке и орудуют мошенники, то, возможно, ничто не связывает их с Кэйт Лоример. И тем более с леди Коклан. Похоже, там обыкновенное надувательство. Если это окажется действительно так, то я передам это дело тебе, если ты захочешь. Можешь делать с ним все, что угодно: торговаться за жирный кусок с копом из другого участка или с самими мошенниками.