Дикон уставился на листы, пытаясь понять, где зарыта собака.

– Вот здесь, – показала Лаура.

– Придется вам снова пояснить.

– Компьютер запрограммирован на текущие курсы обмена. Кэйт заставляла его найти курс для данной валюты и произвести обмен. Но вот здесь появилась команда, которая изменяет инструкции: курс слегка завышается в пользу банка. На ничтожную сумму, но завышается. Разница между курсом, по которому клиент долженполучить деньги, и тем, по которому он их получает, пропадает. Теперь программа говорит: надо найти курс обмена, все подсчитать и сохранить разницу.

– Где сохранить?

– В этом и заключается самое интересное. Разница идет на другой счет.

– В вашем банке?

– Да.

– Кому он принадлежит?

– Какой-то компании «Твин Уэйк». Вероятнее всего, корреспондентский счет. Совершенная бессмыслица – вроде как Джон Доув судах.

– Но кто-то же должен это знать.

– Не обязательно. Вы приходите в банк с несколькими штуками и открываете счет на имя Иуды Искариота – они это проглотят и отпечатают для вас чековые книжки. Если кто-нибудь и знает, то только Бакстон. И то не всегда.

Дикон перевернул листы, словно в другом положении они могли дать ключ к разгадке.

– След, – пробормотал он. – Именно он озадачил Кэйт.

– Да... – Лаура сидела на полу, скрестив ноги, потом встала и прошлась по комнате. – Можно мне выпить?

– Можно даже не спрашивать.

– Это не... – Она остановилась у столика с бутылками.

Он улыбнулся.

– Вы думаете, что это может быть бестактно?

Она промолчала.

– Послушайте, – сказал он, – выпивку можно найти всегда. Нет никакого смысла избавляться от алкоголя в своей квартире, если ты не живешь в безалкогольном городе с безалкогольными пабами и безалкогольными винными лавками. Я вижу спиртное каждый день. Признаюсь вам, что я начал свой путь к протрезвлению с пары бутылок скотча, вылитых в раковину. Даже в тот момент я понимал бессмысленность таких жестов. Это – как обещание, которое вы дали, но не обязаны сдержать.

Лаура налила себе скотча на два пальца и добавила немного содовой, потом снова села на пол.

– Именно след... – Она запнулась: видимо, что-то удивило ее еще больше.

– В чем дело?

– Точнее говоря, не сам след, а то, кто это сделал. И, предупреждая ваш вопрос, я отвечу «нет». Есть еще два программиста, но они вне подозрений. Дело ведь не только в том, кто имел доступ к резервной копии. Я знаю их обоих, я работала с ними.

– У Потрошителя из Йоркшира тоже была жена, – сказал Дикон.

– Перестаньте, Джон! Я серьезно.

– Допустим. И кто же тогда?

Лаура на минуту задумалась. Она положила голову на руки так, что были видны только глаза и кончик носа. Этот милый детский жест был очарователен.

– Кто-то, имевший доступ. Кто-то, умеющий программировать. Кто-то, у кого было специальное задание. Кто-то, знавший о программе обмена валют.

– Кто-то, имевший доступ. – Дикон выбрал наиболее важное условие.