— Вот что, Женя. Наши сегодня на загородную базу едут, как раз в ваши края. Профсоюз выделил два автобуса! Так ты можешь с ним… Отъезд в три.

— В три? Спасибо, Марта Яновна!

Как-то так само собой получилось, что начальница стала называть Колесникову на «ты». Женька не возражала — как-то это было ближе, роднее…

— Ой… десять минут осталось… Так я побегу?

— Давай! До понедельника.

— И вам…

Спустившись по лестнице, девушка показала временный пропуск и выбежала на проходную… где уже дожидались два объемистых «ЗиЛа» старой, сто пятьдесят восьмой модели. А зато вместительные! Женечка разбиралась, все ж таки дочь шофера.

Рядом с автобусами уже скапливался народ, все больше молодые люди, парни и девушки. Женя узнала знакомых спорщиков: Игоря, Даню, Коленьку… Ишь ты, на базу отдыха собрались — везет!

У Коленьки через плечо висел транзисторный приемник — старенькая «Селга» в потертом кожаном футляре. Из приемника тихонько пел Ободзинский…

А парни снова спорили! Вот ведь, хлебом не корми.

— Нет, парни, только четыреста двенадцатый! — Игорек громко «рекламировал» новую модель «Москвича». А впрочем, не такую уж и новую.

— А четыреста восьмой тебе чем плох? — горячился Коля. — Ты его новый вариант видел? С треугольниками в «плавниках»! Как у четыреста двенадцатого!

— Не может быть хорошим автомобиль, у которого масляный фильтр — на брызговике! И шланг к блоку постоянно рвется! Знаю, что говорю, у дядьки как раз четыреста восьмой!

— Э-э, спорщики! О «Жигулях» что скажете?

— Да их у нас еще и не видели!

— И не ездили!

— Так что, Данила, пока что нечего и сказать.

Близко к парням Колесникова не подошла — вот еще! — встала невдалеке, ждала, когда в автобусах откроются двери, немного мечтала и вдруг увидела на проходной Эльвиру!

Обрадовавшись, замахала рукой:

— Эля! Симонова!

Даже ребята оглянулись.

Эля же как-то не очень обрадовалась. Сухо так бросила:

— Привет.

И парням лишь кивнула. Смурная какая-то. Случилось что?

— Эля! — Колесникова все же нагнала, заговорила: — Ты сегодня в Озерск едешь?

— Ну…

— Так вот же — автобусы. Они как раз…

— Я знаю: на базу. — Эльвира покусала губы и вдруг призналась: — Знаешь, Женя, у меня с этой базой связаны не самые лучшие воспоминания.

— Извини, не знала.

— Ничего. Я даже… Даже хотела тебя кое о чем попросить… Правда, не знаю, удобно ли…

— Так попроси! — повысив голос, сверкнула глазами Колесникова. — Что ты все вокруг да около? Прям как неродная.

— Хорошо. — Девушка огляделась. — Давай только в сторонку отойдем…

— Ладно.

Обе встали за тополями, росшими невдалеке, рядом с плакатами «В год великого юбилея».

— Понимаешь, Женя… даже не знаю, как начать… — Эля замялась, но все же сумела справиться с волнением. — Здесь у нас не так давно случай был, на базе. Трагический. Комсорг сборочного цеха утонул, Семен Валиков. Хороший, честный и порядочный парень.

— Да-да, я что-то такое слышала, — вспомнила Женька.