— Так отчет сдавать, — усмехнулась матушка. — Танечка-то, новая наша бухгалтер, одна не справится.

— А-а-а… И надолго ты?

— Да уж, верно, до обеда провозимся.

— Тогда я пока по хозяйству… На обед что будем?

— Так, доча, борщ вчерашний есть!

— Борщ борщом! А второе? Салатик? Все, что нужно, приготовлю.

— И за хлебом не забудь, сходи. Денег оставить?

— Не надо, есть.

…В хлебный отдел, что располагался на первом этаже в Доме крестьянина, Женька сходила пешком, по козьей тропке. Белого уже не было, остался лишь черный, ржаной, по шестнадцать копеек. Такой и нужен был. Очереди особо не наблюдалось, так, человек десять, из них трое мальчишек стояли за шоколадками.

Шоколадку и Колесникова тоже купила, не удержалась — за восемьдесят копеек «Аленку». Еще теперь нужно было что-то для салата. Редиска дома была, лук тоже. Огурец бы… если есть в овощном.

Овощной ларек располагался сразу за автостанцией, на горке, перед стадионом. Кроме сезонных и тепличных овощей в нем еще продавали такие же сезонные фрукты (в основном яблоки) и иногда — бутылочное пиво. Судя по количеству мужчин в очереди, сегодня как раз и выпал один из таких редких дней.

— По три бутылки в руки! — честно предупредил только что отошедший от ларька счастливчик в рабочей куртке и трениках. — «Жигулевское»! Тридцать семь копеек. Свеженькое!

— А огурцы есть, не знаете?

— Нет, про огурцы не знаю.

Ну да, только пива Женьке и не хватало! А впрочем, почему бы и нет? «Жигулевское» — очень даже вкусное. Дома в холодильник поставить… Как раз и отец к вечеру из командировки вернется.

Народу, правда, многовато. А с другой стороны — почти все одни мужики! Эти точно не за овощами, на развес ничего не будут брать. Только пиво, а это быстро.

— Мужички, кто последний?

— За мной будешь, красавица!

Полный дядечка в клетчатой рубахе, завязанной узлом поверх выцветшей голубой майки, приподнял шляпу и улыбнулся. Оглянулись и стоявшие впереди парни в спортивных костюмах и кедах. Один — кудрявый — вдруг показался девушке смутно знакомым…

Господи, да ведь это…

Ну, тот самый парень, что сидел за соседним столиком в заводской столовой! Да пол-очереди — точно с завода. Вернее сказать, с базы отдыха. База…

Евгения, конечно, пообещала Эле во всем разобраться. Пообещала так, сгоряча, и теперь совершенно не представляла себе, что делать. Вот ведь язык! Да и вообще, Женька с детства не умела людям отказывать, стеснялась. Обычно на свою голову! Вот как сейчас. Казалось бы, ну что стоило отказать? Они с Эльвирой ведь даже не подруги и подругами никогда не были, просто знакомые. С другой стороны, не хотелось обижать… Эле ведь и так тяжело, раз уж у нее были с погибшим отношения. Наверное, правильно, что не отказала.

— Девушка! А вы, случайно, не с Металлического завода?

Вот и парни…

— С Металлического.

Да, правильно. Но что же теперь делать-то? С чего начать?

— А, случайно, не из десятого цеха?

— Из юротдела. На практике.

— То-то я и смотрю: где-то видел!

Вот именно — с чего? Ведь по факту гибели этого парня проводилась вполне официальная проверка. Были привлечены сотрудники милиции, участковый вынес «отказной» — постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, прокурор подписал, не нашел, к чему придраться. Значит, материал был отработан добросовестно. Да и чего бы подозревать сотрудников милиции в предвзятости? Однако ж…

— Девушка, а вам Эдуард Хиль нравится? Ну, это — «Ходит песенка по кругу…»

— Не знаю…

Однако же участковый мог и ошибиться, чего-то не заметить, просмотреть — все мы люди.