Это здесь, в приличном и человеческом месте равных возможностей. Единственном на всех известных землях.

И все равно спалился.

Быстро и безнадежно.

Где-то был слишком умным, где-то, наоборот, откровенно облажался, где-то не смолчал, или взял на себя многовато, так, что, не вытянул. Разборки с кланом Разноцветных Камней это очень наглядно показали, против сплоченной команды у одиночки нет шансов. Я и так, прыгнул выше головы, разгромил гнездо в Асторе, отвел угрозу от своей милой Гриты, дал ей исполнить свою самую заветную мечту в жизни — отомстить Редкену. Это получилось, потому что я знал про все шаги врагов заранее, сначала из-за шикарного наблюдательного пункта в трактире, потом — получал свежую информацию от быстро созданной сети малолетних наблюдателей.

Надо завтра найти мальчишек, снова предложить работу, на которую и двоих хватит. Понаблюдать, нет ли за мной хвоста.

Теперь певица ходит такая умиротворенная, мягкая и нежная, просто хорошая девочка. Но приятели мои гвардейские посматривают на нее уважительно, всех впечатлил тот выстрел и хищная радость на красивом лице.

По словам Гинса, в мире за Сиреневыми горами нет таких полюсов силы, которые могут вершить справедливый суд и быть надо всеми, там все очень шатко и относительно, постоянно аристократы создают новые союзы, предают друзей и вонзают своим верным слугам, по малейшему подозрению, кинжалы в спину.

Поэтому мне придется быть очень осторожным и незаметным.

В Сатуме такие умные и необыкновенные строго запрещены, там малейших ошибок не прощают, особенно чужакам. Требуют ответа и одними кулаками не обойдешься, в ходу бой на ножах и на саблях, на всем, что попадется под руку, в общем.

На ножах я немного поднатаскался, но именно, что немного, против мастера так же беззащитен.

Я все это прочувствую на себе, если, конечно, доберусь до тех мест.

Я задумался, пора мне идти за Гритой, или здесь ее подождать.

И решил никуда не ходить, разделся и прилег на красивую и удобную кровать, которой мне точно будет не хватать в моих странствиях.

Как ни странно, но снова уснул и проснулся только, когда пришла Грита, освещая комнату огарком свечи. И снова уснул, не слыша, как она плещется в тазике и что-то негромко ворчит, про мужиков, которые не встречают своих подруг.

Утром я проснулся рано, отдохнувший и выспавшийся. Девушка посапывала рядом, совсем без всего, это и побудило меня пристать к ней. Минуты близости были особо яркими, я гладил стройное тело, целовал грудь, понимая, что скоро придется расстаться.

После обоюдного экстаза, девушка прошептала:

— Ты сегодня хорош, поэтому — прощен.

И снова задремала. Позавтракал я с Троном и Клоей, потом оделся в гильдейское и отправился на работу, захватив с собой кольчугу Водера и вторую, снятую с утопленника.

Но работать не стал, переговорил с Ятошем, сдававшем ночную смену, узнал, как у него здоровье и что ему надо по жизни. Оказалось, что ничего не надо, все, что надо — у него есть. Единственно, о чем он намекнул, что хотел бы ночью иметь при себе арбалет, больше для солидности и впечатления, которое можно произвести на случайных прохожих. Ночной сторож с арбалетом, пока в Асторе таких нет, да и Охотник, как ребенок, любил оружие.

— Отлично, — я обрадовался, что можно так просто приступить к выполнению своих мыслей, о благе окружающих меня людей. Переговорил с Крипом, сказал списать на меня три арбалета, выданные нужным людям и его тоже озадачил просьбой поговорить с хозяином конкурирующей мастерской, предложить объединить усилия, через выкуп доли в его предприятии. Крип откровенно замялся, я его сразу понял, против настоящего эксплуататора он объективно не тянет в переговорах, пообещал переговорить с Ольсом сам. Но пусть тогда Крип сегодня пройдется вокруг и посмотрит, нет ли рядом участков или сараев, которые было бы хорошо купить, для будущего расширения производства.