Здорово, что я смог предугадать действия своих недоброжелателей и оставить, пока, в дураках. Представляю, как они докладывали, что найдена раскопанная земля, по размеру могила, но в ней ничего нет.

Теперь ищут ожившего в могиле покойника! И со мной соотносят.

Если бы не подсуетился я, то висел бы уже подвале, отвечая на неудобные вопросы. Почему мой близнец лежит в могиле, а я такой красивый и жизнерадостный, гуляю по городу, пью пиво и сплю с красивой девушкой?

Как следует прижигая раскаленными железками.

А так, решат, что это Рыжие и их наемники делали тут схрон зачем-то. И все.

Теперь я пустил лошадку скакать напрямую и через пару часов, чередуя рысь и шаг, приблизился к давно уже замеченной гигантской сосне. Присел около нее, повесил торбу с овсом лошадке и перекусил сам, сушеным мясом и хлебом, не спеша и слушая местность.

Все же зря я сделал тайник под таким выделяющимся своими размерами деревом. На него надо ориентироваться, но схрон сделать в сторонке, чтобы видно не было с этого места. Как я сделал на месте своей эпической победы над Кортом, и это не раз сработало в мою пользу. Да и видно тебя хорошо, когда под деревом возишься, закапываешь или раскапываешь тайник.

Теоретически, те же Охотники могут идти по следу, не показываясь мне на глаза и не определяясь умением.

Поэтому нашел в сотне метров дальше густые кусты, без зарослей травы и сделал новый тайник уже там. Перенеся все из здешнего и выгрузив свое добро с лошади, теперь ей будет полегче. Руку я уже хорошо набил, во всех своих хлопотах с тайниками. Надо, чтобы место было без травы, которая завянет, как ее аккуратно не выкапывай, чтобы не видно тебя было со стороны, и чтобы можно было веткой помести землю, посыпав потом листьями, иголками и прочим мусором.

От тех же Охотников это не спасет, да и от разведчиков Гвардии тоже, но кто приведет их сюда?

Только я сам могу, на своем хвосте притащить.

Копье тоже спрятал в кустах, пригодится еще.

Время уже часов пять. Скоро стемнеет и я пустил отдохнувшую лошадь рысью. Мечтая побыстрее добраться до трактира, нормально поужинать, помыться после таких земляных работ, да смотреть, чтобы мои грязные руки и ногти в глаза никому не бросались. Остановился у ручья и тщательно вымылся, грязь под ногтями почистил ножом. Вот, теперь я не похож на кладоискателя.

Через час объехал тихонько Сторожку, чтобы собачонки меня не почуяли, с подветренной стороны и вскоре, сделав еще один крюк, подъехал к трактиру со стороны моста. На улице было темно и заглянув в зал трактира, я, с облегчением, не обнаружил там никого из Охотников. Зал, вообще, был пуст почти, и мы с Сохатым посидели немного за пивом, пока я ждал сытный ужин.

Поговорили о том, о сем, хозяин поспрашивал, как я умудрился такого прожженного прохиндея, как Редкен, в ловушку поймать, как зверя какого. Рассказал, ему в подробностях, жизнь на отшибе от цивилизации, в будние дни, делает слушателей столичных новостей, особенно благодарными.

Не знаю почему, но Сохатый тоже разоткровенничался и рассказал мне, в свою очередь, что через пару дней, после моего последнего приезда, в трактир завалились на ночлег гвардейцы из разведки. Поужинали, потом расспрашивали, как найти тот склон, где ты бился с Рыжими. Про тебя тоже расспрашивали, все интересовались, как ты смог справиться с двумя сильными бойцами в одиночку.

— Копают под тебя, получается, — сделал вывод Сохатый.

— Конечно, копают, да я про это знаю, в городе тоже расспрашивают мои знакомцев.