Все больше уверяясь, что поступает правильно, Алексей поднялся по лестнице, своими ключами открыл дверь, но, войдя, здорово перетрусил: а что, если этот мужик вернется и застукает его? Ну и пусть, он имеет полное право здесь находиться! В конце концов, он по-прежнему прописан в этой квартире… да, но тот мужик не станет разбираться в его правах, он его просто отметелит…

Робея и трясясь, Алексей вошел в комнату жильца и огляделся. Большую часть пространства занимала большая кровать – их с Юлией кровать…

При виде нее Алексея снова охватила злость. Наверняка Юлия здесь, на этой кровати, обманывает его с этим здоровенным типом! Ну и что, что они разведены? Ну и что, что он сам жил с Леркой, а до этого – с Нинкой, а до Нинки еще с одной женщиной? Он мужчина, значит, ему можно…

Алексей взял себя в руки. Сейчас не время поддаваться эмоциям, этот Иван может в любую минуту вернуться, значит, нужно поторопиться. Собственно, он не знал, что рассчитывал найти в этой комнате. Оружие? Наркотики? Сгодилось бы все, что помогло бы доказать, что жилец – настоящий уголовник, и засадить его на нары. Ну, мать, ну подсиропила ему!

Он начал планомерно обыскивать комнату. Впрочем, это не представляло никакого труда, потому что вещей практически не было.

Алексей открыл платяной шкаф, однако там было совершенно пусто, только на штанге раскачивались несколько проволочных вешалок да валялась парочка его старых маек и трусов. Резко выдвинул ящик прикроватной тумбочки, но и там нашел только спичечный коробок…

Вот интересно: у этого типа что, вообще ничего нет? Прямо с зоны в Питер притопал?

Алексей покосился на незаправленную кровать, на всякий случай сдернул одеяло, перевернул подушки и не удержался – внимательно осмотрел и даже обнюхал их, но на подушках были только короткие волосы этого Ивана и от них не пахло Юлией…

Он вспомнил ее теплый, волнующий запах – и еще больше расстроился. Расстроился до такой степени, что почувствовал непреодолимое желание закурить. Достал из пачки последнюю сигарету, полез в карман за зажигалкой, но ее там не было. Обхлопал все карманы – и тоже безрезультатно.

Черт! Он вспомнил, что последний раз воспользовался зажигалкой в кафе, наверное, там и забыл. Ну вот, неприятности так и сыплются на него – и большие, и мелкие…

Тут он увидел спичечный коробок в выдвинутом ящике тумбочки, схватил его… и немедленно одумался.

Здесь курить нельзя. Этот Иван не курит и сразу почувствует в комнате запах табака, скажет Юльке, а та, конечно, догадается, кто мог побывать в квартире в ее отсутствие…

Алексей убрал сигареты и хотел положить на место спичечный коробок… но тут до него дошло, что с этим коробком что-то не так. Он не гремел, как полупустой, и в то же время был довольно тяжелым, а внутри что-то увесисто перекатывалось.

Скорее от любопытства он открыл коробок… и в изумлении уставился на его содержимое – крупный овальный камень, неаккуратно завернутый в бумажную салфетку. С одного бока салфетка порвалась, и просвечивал темно-красный край.

Алексей вытряхнул камень на ладонь и обомлел. Полупрозрачный темно-красный, в глубине тускло просвечивала перевернутая пятиконечная звезда… Пентакль – неизвестно откуда всплыло в памяти красивое слово.

Отчего-то у него даже мысли не мелькнуло, что это стекляшка, дешевая подделка. От камня исходило ощущение несомненной подлинности, натуральности, а еще удивительной, непостижимой древности. Камень был старше Алексея, старше города, в котором тот жил, да что там – он был старше любого города, любой страны, где Алексею приходилось бывать.

– Мать честная… – пролепетал он и сжал руку.

Красное сияние погасло, но все равно присутствие этого камня ощущалось, как ощущаешь присутствие живого человека, даже если не видишь его.